Караваджо «давид с головой голиафа» описание картины, анализ, сочинение

Караваджо

Все из нас слышали о Микеланджело, Рафаэле, Гогене и Босхе, но не каждый представляет, как они выглядят. Некоторые художники не любили позировать для чужих картин, а автопортреты создавали крайне редко. Но несмотря на это, каждый желающий может увидеть их лица на их же великих полотнах. Главное, знать куда смотреть.

AdMe.ru нашел автопортреты художников, которые они спрятали в своих великих картинах. Взгляните, на какие ухищрения шли мастера, чтобы замаскировать себя на полотнах.

Леонардо да Винчи — «Мона Лиза»

«Мона Лиза» не зря до сих пор считается одной из самых таинственных картин мира, ведь загадка улыбки главной героини так и не разгадана.

Одни искусствоведы видят в легком движении губ Джоконды улыбку беременной женщины, другие считают портрет замаскированным изображением ученика да Винчи — Салаи.

Стоматологи утверждают, что у Моны Лизы попросту не было зубов, а психиатры говорят о возможной душевной болезни, которая вызвала бы у натурщицы подобие усмешки.

Но наверное, самая интересная версия секрета «Джоконды» связана непосредственно с автором полотна. Существует предположение, что на этой картине Леонардо изобразил себя. Задуматься о таком варианте всерьез можно, совместив «Мону Лизу» и автопортрет да Винчи, написанный сангиной. Идеальное совпадение черт налицо.

Микеланджело Буонаротти — «Страшный суд»

Караваджо

© Michelangelo / Wikimedia commons  

Одна из самых известных работ великого Микеланджело, фреска на алтарной стене Сикстинской капеллы в Ватикане, давалась мастеру нелегко. Ему часами приходилось находиться под потолком и, лежа на спине, наносить слой за слоем стекающую по рукам краску. Неудивительно, что современники говорили, будто бы художник трудился без особого энтузиазма и расписывал капеллу неохотно.

Подтверждением этого также может считаться предполагаемый автопортрет Микеланджело, который изобразил себя в очень своеобразной манере.

Практически в центре композиции, у ног Марии и Христа, святой Варфоломей держит кожу человека, застывшего в мучительной гримасе. Именно эта кожа и есть сам Микеланджело.

Также есть мнение, что в роли святого Варфоломея художник изобразил своего современника Пьетро Аретино, с которым у него были не лучшие отношения.

Иероним Босх — «Сад земных наслаждений»

Караваджо

© Jheronimus Bosch / Wikimedia commons  

«Сад земных наслаждений» Иеронима Босха можно разглядывать часами, и все равно ничего не понять. Картина полна абстракций и аллегорий, которые можно разобрать, только опираясь на предположения. Одна из таких гипотез касается и самого автора.

Практически в центре правой створки триптиха расположено человекоподобное существо, ноги которого превратились в деревья, а тело высохло и растрескалось, как яйцо. Монстр без сожаления смотрит на ад и даже будто немного улыбается его обитателям. Считается, что в этом создании Босх изобразил себя, снисходительно взирающего на все смертные грехи.

Леонардо да Винчи — «Кодекс о полете птиц»

Караваджо

© Leonardo Da Vinci / Wikimedia commons  

Считается, что Леонардо да Винчи не любил рисовать себя, поэтому найдены всего 2 его автопортрета. Один из них был случайно обнаружен итальянским журналистом Пьеро Анджелой в 2009 году.

Мужчина, изучавший книгу «Кодекс о полете птиц», заметил на одной из страниц смутные очертания лица и обратил на это внимание реставраторов.

Применив современные технологии, специалисты смогли сделать изображение наброска более четким и сравнить его с единственным известным на тот момент автопортретом да Винчи. Черты лица совпадали.

Кажется почти невероятным, но художник так ловко спрятал свой портрет среди строк рукописи, что тот оставался никем не замеченным более пяти веков.

Караваджо — «Давид с головой Голиафа»

Караваджо

© Michelangelo Merisi da Caravaggio / Wikimedia commons  

В отличие от многих других художников, которые не любили писать автопортреты, Караваджо не стеснялся появляться на своих полотнах. Чаще всего он представал перед зрителем в образе Вакха, бога виноделия. Но одним автопортретом определенно удивил. В картине «Давид с головой Голиафа» мастер изобразил себя в роли побежденного исполина, нарисовав только свою голову, застывшую с гримасой мучения.

Также любопытным фактом является то, что в роли юного Давида изображен подмастерье Караваджо Чекко. Искусствоведы, отмечая выражение печали и сострадания на его лице, а также расположенный между ног юноши меч, говорят о вероятной любовной связи ученика и художника. Если принять это во внимание, эмоции на картине становятся более понятными и объяснимыми.

Рафаэль Санти — «Афинская школа»

Караваджо

© Raffael / Wikimedia commons  

На фреске Рафаэля «Афинская школа» запечатлено огромное число узнаваемых лиц. На ней можно найти Пифагора, Алкивиада, Эпикура, Сократа, Диогена и самого Леонардо да Винчи — всего более 50 человек.

Среди знаменитых мыслителей и живописцев Рафаэль поместил и себя. Его моложавое лицо можно увидеть в правой части композиции. Рафаэль стоит рядом с художником Содомой, который работал над «Афинской школой» до него.

Ян ван Эйк — «Портрет четы Арнольфини»

Караваджо

© Jan van Eyck / Wikimedia commons  

Самое известное полотно Яна ван Эйка «Портрет четы Арнольфини» тут и там наполнено важными деталями и отсылками, а споры о главных его персонажах не прекращаются и по сей день.

По одной из версий, художник изобразил на картине себя вместе с женой, по другой – «спрятал» себя в зеркале. В пользу второго предположения указывает и надпись над зеркалом, которая гласит: «Ян ван Эйк был здесь».

Вероятно, одна из фигур, стоящих в дверях комнаты, и есть сам мастер.

Караваджо — «Вакх»

Караваджо

© Michelangelo Merisi da Caravaggio / Wikimedia commons  

Автопортрет на картине Караваджо «Вакх» практически невозможно увидеть невооруженным глазом. За более чем 400 лет холст сильно поменял цвета, и многие детали остались еле различимыми.

Но после реставрации итальянские исследователи обнаружили в графине с вином крошечный автопортрет художника.

Под специальным освещением им удалось рассмотреть даже черты лица Караваджо, склонившегося над мольбертом.

Обычному же зрителю остается рассматривать только смутные очертания автора или посетить галерею Уффици во Флоренции, где размещена картина.

Клара Петерс — «Натюрморт с сырами, миндалем и кренделями»

Караваджо

© Clara Peeters / Wikimedia commons  

Клара Петерс не зря считается одной из самых талантливых голландских художниц XVII века. В своих натюрмортах она всегда умела ярко и реалистично отражать главные объекты, а также мастерски прятала в них важные детали.

В картине «Натюрморт с сырами, миндалем и кренделями» на оловянную крышку бутыли Петерс нанесла отражение своего лица, а свои инициалы оставила на серебряном ноже для масла, лежащем на переднем плане картины.

Сандро Боттичелли — «Поклонение волхвов»

Караваджо

© Sandro Botticelli / Wikimedia commons  

Как и Рафаэль на фреске «Афинская школа», Боттичелли не поленился изобразить на своем известном полотне множество исторических персонажей. В числе прочих он показал представителей одного из самых уважаемых семейств Флоренции, клана Медичи, своего заказчика, и себя.

Примечательно, что только 2 персонажа на картине смотрят прямо на зрителя: в голубом плаще в правой части произведения стоит заказчик полотна, показывающий пальцем на самого Боттичелли, который тоже обращен лицом к зрителю.

Поль Гоген — «Спящий малыш. Этюд»

© Paul Gauguin / paul-gauguin.net  

На картине «Спящий малыш», полной покоя и безмятежности, ярким и немного жутковатым пятном выделяется игрушка — паяц. Кукла с человеческим, живым лицом будто бы смотрит на зрителя, и расположена она здесь неслучайно. Если присмотреться внимательнее, в чертах необычного клоуна можно узнать самого Гогена.

Почему художник нарисовал себя в роли куклы, до сих пор не ясно. Возможно, Гоген зашифровал в картине скрытую аллегорию, которую пока еще не удалось разгадать.

Микеланджело — «Виттория Колонна»

© Michelangelo Buonarroti / Wikimedia commons  

В 2018 году бразильский исследователь доктор Дэвис ДеКампос обнаружил на одном из черно-белых набросков Микеланджело фигуру самого мастера. Автопортрет скрывался в рисунке подруги художника Виттории Колонны и оставался незамеченным почти 500 лет.

Исследователь считает, что Микеланджело запечатлел себя в процессе создания картины и оставил на изображении своеобразный автограф, чтобы подчеркнуть авторство, ведь тогда подписывать свои работы было не принято.

Бонус: автопортреты Сальвадора Дали и Казимира Малевича

© Salvador Dali / salvador-dali.org   © Roger Higgins / Wikimedia commons  

Сальвадор Дали. «Мягкий автопортрет с жареным беконом».

© Казимир Маливич / malevich-art.ru   © Unknown author / Wikimedia commons  

Казимир Малевич. «Супрематизм. Автопортрет в двух измерениях».

Сальвадор Дали и Казимир Малевич не скрывали в представленных картинах автопортреты, но изобразили себя на них самым необычным образом.

И если лицо Дали еще можно узнать в эластичной стекающей массе на подпорках, то облик Малевича едва ли угадывается в пяти прямоугольниках и кружке. Но на то и авторское воображение, чтобы передать свою сущность в необычных формах.

Так каждый зритель, глядя на эти автопортреты мастеров, сможет увидеть в них что-то свое.

Видели ли вы эти картины вживую? Какие секреты знаменитых полотен знаете вы?

Источник: https://www.adme.ru/tvorchestvo-hudozhniki/12-izvestnyh-kartin-v-kotoryh-byli-obnaruzheny-skrytye-avtoportrety-velikih-hudozhnikov-2230715/

Библейские сюжеты: царь Давид

?


Библейские сюжеты: царь Давидmarinagra wrote in history_of_artOctober 27th, 2014Оригинал взят у marinagra в Библейские сюжеты: царь ДавидКараваджо Лоренцо Монако. Давид. 1408 г. Пожалуй, во всем Ветхом Завете мы не найдем героя столь яркого и многогранного, как израильский царь Давид. В отличие от других ветхозаветных персонажей, характеры которых лишь угадываются за ёмким, но лаконичным библейским текстом, образ Давида воссоздан в древних летописях тщательно, детально, рельефно, а долгая и удивительная история его жизни пересказана подробно и неспешно (1-я кн. Царств, глава 16 – 3-я кн. Царств, глава 2).Караваджо Джиованни де Грасси. Миниатюра с изображением Царя Давида из Часослова Висконти,  Италия. 1389Кто же такой Давид? Избранник Господа, всенародный любимец, баловень судьбы. Юный златокудрый пастушок, которого, втайне от неугодного Богу первого израильского царя Саула, венчал на царство грозный пророк Самуил. Легендарный герой, который без оружия и доспехов, уповая лишь на помощь свыше, вышел на битву с великаном Голиафом и победил его. Вдохновенный поэт, восхвалявший Господа в своих псалмах. Гениальный музыкант, который игрой на арфе излечивал мучимого душевной болезнью царя Саула. Одинокий изгнанник, вынужденный скрываться в горах от преследований обезумевшего царя. Человек, наделенный неистовой силой чувств, будь то беззаветная дружба с сыном Саула Ионафаном или страстная любовь к женщине. Неотразимый мужчина, который легко завоевывал сердца дев и замужних матрон: юной дочери Саула Мелхолы, мудрой Авигеи и прекрасной Вирсавии. Преступный властитель, который отправил на верную смерть военачальника Урию, мужа полюбившейся ему Вирсавии. Безутешный отец, оплакавший своего сына-мятежника Авессалома. Тонкий дипломат и политик, который после гибели царя Саула и его сыновей в битве с филистимлянами сумел отстоять свое право на престол, удержать его, вопреки всем интригам, и основать династию. Великий государь и военачальник, который покорил филистимлян, создал мощную державу и сделал «град Давидов» Иерусалим столицей своего государства.Караваджо Псалтырь герцога Беррийского. 1386 г. Давид – один из немногих ветхозаветных героев, наделенных прямой речью, причем это не отдельные реплики и не отвлеченные поучения, а открытое лирическое выражение чувств. В трогательных диалогах с Ионафаном, в скорбных плачах по Саулу и Ионафану, по мятежному сыну Авессалому, а главное – в своих возвышенных псалмах во славу Господа, Давид предстает перед нами человеком благородным, благочестивым, искренним.

Караваджо

Фра Анжелико. Царь Давид. 1443-45 гг.

Естественно, что Давид привлекал внимание европейских художников больше, чем прочие герои Ветхого Завета. Но причины этого интереса не исчерпываются литературными достоинствами библейских летописей. Своей популярностью Давид обязан не только выразительным текстам хроник, но и Псалтыри.

Псалтырь (собрание псалмов Давида) — наиболее востребованная в христианском мире книга Ветхого Завета. На Псалмы постоянно ссылаются проповедники и авторы богословских трактатов, в них ищут пророчества о грядущем пришествии Христа, они входят в состав церковных служб, имеют множество музыкальных и стихотворных переложений.

Читайте также:  Гоген поль "таитянки" описание картины, анализ, сочинение

Автор большинства псалмов – библейский царь Давид – на многие века стал постоянным духовным спутником верующих. Изображения Давида-псалмопевца с арфой в руках часто украшали книжные миниатюры (иллюстрации к Ветхому Завету и Псалтыри), а также каменную резьбу и витражи соборов.

Караваджо

Клаас Слютер. Пророк Давид. Колодец пророков в монастыре Шанмоль, Дижон. 1395-1406Однако более всего почтительное отношение к Давиду объясняется тем, что он считается прямым предком Христа. Вера евреев в то, что грядущий спаситель — Мессия – придет из дома Давидова, была воспринята христианством. Образ Давида богословы истолковывали как предшествующее воплощение Христа, а эпизоды из жизни израильского царя – как спасительные деяния Иисуса. Так, в битве Давида с великаном Голиафом теологи видели поединок Христа с антихристом.Кроме того, древние сказания часто обретали сугубо современный и не связанный с религиозной символикой смысл. Так было и в ренессансной Флоренции. Давид стал для флорентийцев национальным героем. В юном победителе Голиафа они видели символ своего города, который отстаивал независимость в борьбе с могущественными соседями. Читатель, конечно, сразу вспомнит главную достопримечательность Флоренции — знаменитую статую Микеланджело, но наш разговор начнется не с нее. У великолепного микеланджеловского Давида были предшественники, и знакомство с ними поможет нам лучше понять всю оригинальность замысла великого скульптора.

Караваджо

Донателло.  Давид. 1408 г.Парад победителей Голиафа открывает «Давид» (1408 г.) Донателло, прославленного предшественника Микеланджело. Знаменательно, что мраморная статуя первоначально предназначалась для собора Санта Мария дель Фьоре, но в 1416 г. ее приобрела Синьория (городской совет) и установила перед своей резиденцией Палаццо Веккио (Палаццо делла Синьория). К скульптуре была добавлена многозначительная надпись: «Храбрым борцам за отечество Боги помогают против ужасных врагов».Современному зрителю статуя, однако, вряд ли покажется убедительной. Несколько высокомерный юноша в щегольской накидке стоит в небрежной, даже манерной позе. У его ног лежит огромная голова поверженного Голиафа. Этот Давид мало похож на скромного пастушка, а тем более — на бесстрашного воителя, который метким ударом выпущенного из пращи камня убил великана, а потом обезглавил его.Донателло. Давид. 1430 г.Второй раз Донателло обратился к тому же сюжету в 1430 г. Впервые в итальянской скульптуре Возрождения была создана полностью обнаженная фигура. Гладко отполированная блестящая бронзовая поверхность статуи подчеркивает легкость фигуры юного Давида. Его тело кажется слишком изнеженным, даже немного женственным. Победитель Голиафа в широкополой пастушеской шляпе задумчиво смотрит на устрашающую голову, будто не сознавая совершенного им подвига. Первоначально статуя принадлежала семейству Медичи, но в 1495 г. она была установлена в одном из дворов Палаццо Веккио.Андреа Вероккьо. Давид. 1473 г. Близка по замыслу к этой работе и скульптура Андреа Верроккьо (1473 г.): стройная бронзовая фигура, меч в руке, отрубленная голова Голиафа у ног. Давид у Верроккьо разве что более мужественен, чем донателловский. И эта работа была, в свою очередь, куплена Синьорией у владельцев, семьи Медичи. В Палаццо Веккио образовалось уже целая коллекция произведений, воспевающих библейского героя, когда в 1504 г. на площади перед Палаццо вознесся мраморный колосс — «Давид» Микеланджело, созданный по заказу Флорентийской республики.Микеланджело.  Давид. 1504 г.Представим себе, что человечество должно выбрать одно-единственное произведение искусства, которое олицетворяет все лучшее, что есть в юношах Земли. Наверное, избран был бы микеланджеловский Давид. Трудно представить себе образ более притягательный: возвышенный и в то же время полностью земной, одухотворенный и одновременно чувственный, исполненный благородства и внутренней силы, зрелого мужества и юношеской решительности.В отличие от Донателло и Верроккьо, Микеланджело изобразил не победителя, а воина-защитника, который готовится к бою. Скульптор отказался от эффектного противопоставления красивого юного тела Давида и устрашающей головы Голиафа. Отвергнув это конкретное иллюстративное решение, Микеланджело наполнил свою работу глубоким гуманистическим смыслом.Лоренцо Бернини. Давид. 1623 г. Давид Донателло — победитель милостью Божьей. Сам по себе очаровательный мальчик-пастух не столь уж значителен, он силен лишь как орудие Господа. При взгляде на прекрасное волевое лицо и мощную фигуру микеланджеловского Давида, становится ясно, что у этого атлета достанет собственных сил, чтобы одержать любую победу. Именно такой гордый образ Давида-борца был созвучен эпохе Высокого Возрождения с ее верой в безграничные возможности человека и очень близок молодому Микеланджело, героическому складу его дарования.

Андреа дель Кастаньо. Молодой Давид. 1430-е гг.

Тициан Вечеллио. Давид и Голиаф. 1542-44 гг. Караваджо. Давид с головой Голиафа. 1609-10 гг.Орацио Джентилески. Давид с головой Голиафа. 1610 г. Гвидо Рени. Давид с головой Голиафа. 1605 г. Доменико Фетти. Давид с головой Голиафа. 1620 г. Битва Давида с Голиафом была излюбленным сюжетом не только для скульпторов, но и для живописцев, особенно в 17 столетии. Эпоха барокко ценила контрасты, и идея изобразить цветущего юношу с безобразной головой врага в руках представлялась художникам заманчивой. Назовем три картины Караваджо, работы Рубенса, Бернини, Фети, Рени, Джентилески, Строцци, Кастаньо, не говоря уж о менее известных произведениях.Чима да Канельяно. Давид и Ионафан. 1505-10 гг. Рембрандт Харменс ван Рейн. Прощание Давида с Ионафаном. 1642 г.Отдал дань этой теме и молодой Рембрандт в многофигурной композиции «Давид приносит голову Голиафа царю Саулу» (1627 г.). Но в более поздней картине «Прощание Давида с Ионафаном» (1642 г.) перед нами предстает совсем другой Давид — не блестящий триумфатор, не славный победитель, а гонимый, доведенный до отчаяния человек. Верный Ионафан помог Давиду скрыться от гнева своего мстительного отца, царя Саула, и вот настал миг, когда он должен оставить друга в одиночестве. «И плакали оба вместе, но Давид плакал более» (1 кн. Царств, 20:41). Недвижный, словно окаменевший, Ионафан поддерживает друга мягко и бережно. Давид же обнимает Ионафана отчаянно, истово, он сломлен страхом и страданием. Мы не видим его лица, но чувствуем, что тело сотрясается от рыданий.Примечательно, что картина Рембрандта – гимн преданности, верности, дружбе — единственная, написанная на этот сюжет. Хотя в 17 веке богословские толкования уже не имели такого влияния на умы, как в более раннюю эпоху, образ Давида-триумфатора основательно затмил прочие стороны его натуры. Показывать славного царя в тяжелую минуту жизни, когда он дал волю слезам, припав к груди друга… Это полностью шло в разрез с традицией, было не то чтобы запрещено, но не принято. Как не принято было сочувственно относиться к предшественнику Давида, отвергнутому Господом царю Саулу.Гверчино. Саул атакует Давида. 1646 г.Ян де Брей. Давид, играющий на арфе. 1670 г. Эразмус Квеллинус II. Саул и Давид. Фрагмент. 1635 г. Лукас ван Ленден. Давид играет перед Саулом. 1646 г.  В хрониках рассказывается, что Давид часто играл для Саула на арфе. Практически все художники, которые брались за этот сюжет, в том числе и молодой Рембрандт (картина 1630 г.), изображали момент, когда Саул в приступе безумия собирается броситься или уже набросился с копьем на Давида. Но зрелого Рембрандта, вернувщегося к этому сюжету в 1650- е годы,  вдохновили другие строки хроники: «И когда злой дух от Бога бывал на Сауле, то Давид, взяв арфу, играл, — и отраднее и лучше становилось Саулу, и дух злой отступал от него». (1 кн. Царств,16:23).Узкоплечий мальчик с чуткими пальцами сосредоточено играет перед рыдающим, обессилившим от душевной муки царем, и звуки арфы переносят обоих в некое иное измерение, где нет борьбы за власть, болезненной подозрительности, жестокости. Завтра гонения начнутся снова, и Давиду придется бежать в горы, спасая свою жизнь. Но пока звучит арфа, прилежному музыканту ничто не грозит. Вдохновенный артист и растроганный слушатель так поглощены музыкой, что все иное для них просто не существует. Рембрандт рассказывает собственно не об эпизоде из жизни Давида, а о целительной силе искусства, о минуте душевного просветления, которую переживает ожесточившийся владыка.Рембрандт Харменс ван Рейн. Саул и Давид. 1629-30 гг. Рембрандт Харменс ван Рейн. Саул и Давид. 1655-60 гг. Так же, как и «Прощание Давида с Ионафаном», не имеет аналогов картина «Давид и Урия» (1665 г.), хотя история преступной любви Давида к Вирсавии, жене военачальника Урии, часто становилась темой живописи. На одних картинах запечатлен миг, когда Давид с высокой башни своего дворца случайно увидел купающуюся красавицу и воспылал к ней страстью, на других мы видим обнаженную Вирсавию с письмом Давида в руке. Закулисная сторона этой истории – неправедный поступок Давида, который тайно отдал приказ поставить Урию в самое жаркое место боя и оставить его без помощи, — заинтересовала одного лишь Рембрандта.Рембрандт Харменс ван Рейн. Давид и Урия. 1665 г.Необычна композиция картины. Три человека стоят спиной друг к другу, но лицом к зрителю. На переднем плане уходящий от царя Урия, вслед ему смотрят Давид и пророк Натан, который именем Господа осудил Давида и привел его к покаянию. Ни один не видит лица другого, ни один не должен скрывать свои чувства. Урия прижал руку к груди, у него вид обреченного, который только что услышал приговор. Во взгляде Давида – сожаление и чувство утраты. Он сознает свою греховность, но не в силах поступить иначе.Ян Массейс. Царь Давид видит Вирсавию. Середина 16 в. Эти три картины показывают нам, как свободно относился Рембрандт к сложившимся традициям в изображении событий Ветхого Завета. Для него существовали лишь собственные впечатления и переживания, только личный опыт. И это роднит его с Микеланджело. Оба великих и столь не похожих мастера не снисходили до изобразительного комментария к Библии. Непосредственный смысл сказаний был для них лишь поводом для обобщений, для зрелых и оригинальных суждений о человеке. Но парадоксальным образом именно их творения наиболее верно передают дух библейских текстов, их универсальное значение.Чечино дель Салвати. Вирсавия идет к царю Давиду. 1552-54 гг. В посвященном Микеланджело романе «Муки и радости» Ирвинг Стоун писал о статуе Давида: «Микеланджело стремился показать человека, в котором совместились бы множество людей, все те, кто от начала времен отваживался сражаться за свободу. Давид олицетворял для него человеческую отвагу в любой сфере жизни». То же самое можно сказать и о рембрандтовских героях – Давиде, Ионафане, Сауле, Урии. Их образы воплощают множество поколений людей: тех, кто безоглядно отдавался творчеству, тех, кто был безвинно осужден, тех, кто страдал от притеснений власти и тех, кто с риском для себя защищал гонимых, тех, кто по слабости своей грешил и тех, кто проливал слезы раскаяния, — всех нас.Питер Пауль Рубенс. Вирсавия у фонтана. 1635 г.

Читайте также:  Добужинский мстислав "витебск" описание картины, анализ, сочинение

Источник: https://history-of-art.livejournal.com/881249.html

David with the Head of Goliath by Caravaggio

Картина «Давид с головой Голиафа» принадлежит кисти Микеланджело Меризи да Караваджо. Живописец трудился над ее созданием в период с начала 1605 до конца 1609-1610 годов. Произведение мастера вошло в художественную коллекцию кардинала Шипионе (Сципионе) Боргезе. Картина попала в одноименную галерею княжеского рода в 1650 году.

Историческая справка

В книге Джованни Пьетро Беллори «Жизнь современных художников, скульпторов и архитекторов», вышедшей в свет в 1672 году, говорится о том, что произведение «Давид с головой Голиафа» было создано по заказу кардинала Шипионе (Сципионе) Боргезе, при этом лицо убитого филистимлянского великана – не что иное, как автопортрет Караваджо.

Сохранились документы, датируемые 1613 годом, они подтверждают оплату картинной рамы, размеры которой в точности соответствуют ширине и длине холста.

В рукописях поэтического произведения Шипионе (Сципионе) Франкуччи да Имола, относящихся к 1613 году, также присутствует описание работы Караваджо «Давид с головой Голиафа», которая, согласно данному источнику, к тому времени уже находилась в Галерее Боргезе.

Не так давно некоторыми искусствоведами была выдвинута любопытная версия о том, что в образе молодого героя также читаются черты художника, он изображен в точности таким, каким был Караваджо в юношеские годы. Это предположение позволяет считать картину двойным автопортретом.

В то же время ряд исследователей утверждают, что для создания образа молодого библейского царя позировал тот же натурщик, с которого писалась картина «Иоанн Креститель». Караваджо не раз в своём творчестве прибегал к ветхозаветному сюжету о победе Давида над Голиафом.

Так, аналогичная работа была создана художником в 1607 году, она хранится в Музее истории искусств в Вене. Другая схожая картина «Давид с головой Голиафа» датируется 1600 годом.

В настоящее время это творение Караваджо является частью художественной коллекции Национального музея Прадо в Мадриде.

Анализ произведения

Вероятно, мастер черпал вдохновение в произведении аналогичной тематики, созданном в 1510 году венецианским живописцем Джорджоне.

При этом картина Караваджо отличается от первоисточника большим драматизмом, такой эффект достигнут за счет того, что отрубленная голова Голиафа изображена не лежащей поодаль, она находится в окровавленной руке Давида.

На мече героя видны буквы H – AS OS, являющиеся аббревиатурой латинской фразы «humilitas occidit superbiam», в переводе на русский эти слова означают «смирение убивает гордыню».

Давид выглядит обеспокоенным, его терзают внутренние переживания, он испытывает одновременно чувство отвращения и жалости. Художник решает изобразить героя в образе задумчивого юноши, а не торжествующего победителя.

Такая интерпретация рождает некую философскую связь между Давидом и Голиафом.

Эта нить, объединяющая две противоборствующие силы, становится еще более очевидной при осознании того, что отрубленная голова филистимлянского великана – это автопортрет живописца, а фигура библейского царя была, возможно, написана с художника Томмазо Салини (Мао Салини).

Согласно другой версии, для создания образа Давида позировал ученик живописца, некий юноша по имени Франческо Бонери, прозванный Чекко ди Караваджо. С ранних лет он прислуживал художнику и обучался живописи в его мастерской. Некоторые исследователи склонны видеть в их связи сексуальный аспект.

Огромный интерес к картине вызван не только соотнесенностью произведения с биографией художника. Сложная по идейному содержанию работа наполнена глубоким аллегорическим смыслом. Образы Давида и Голиафа, с точки зрения христианской иконографии той эпохи, олицетворяли собой Спасителя и Дьявола, а также победу добра над злом.

Другим примером родственного по жанру произведения служит картина «Юдифь с головой Олоферна», написанная современником Караваджо, Кристофано Аллори.

Одна из многочисленных авторских копий произведения украшает стены Палаццо Питти, во Флоренции. Отрубленная голова Олоферна – это автопортрет Аллори.

При этом в произведении Караваджо читается несколько иной посыл: Давид в интерпретации мастера лишен жестокости, он глубоко переживает смерть своего врага Голиафа.

Если работа действительно была преподнесена в дар кардиналу Боргезе, представителю папской власти, имевшему законное право помиловать Караваджо за совершенное им убийство, то внутренние терзания героя могут расцениваться как личные переживания художника, его раскаяние и прошение об отпущении страшного греха.

Когда была написана картина

Долгое время не утихали споры о дате создания произведения Караваджо. Если придерживаться гипотезы о том, что работа выполнялась по заказу кардинала Шипионе (Сципионе) Боргезе, то можно смело предположить, что картина была написана до 1606 года, когда художник еще жил в Риме.

Однако, простота форм в лаконичной композиции, характерная для работ Караваджо, созданных в то время, когда мастер переехал в Неаполь, допускает версию о том, что произведение «Давид с головой Голиафа» относится к периоду бегства художника.

Существует немало гипотез относительно даты создания картины. Одно из самых убедительных предположений связывает ее написание с убийством Рануччо Томассони, совершенным Караваджо 29 мая 1606 года.

Глубокий драматизм произведения подтверждает эту версию.

Караваджо

Borghese Gallery in Rome,

Источник: https://ru.borghese.gallery/kollekcziya/kartiny/david-with-the-head-of-goliath.html

Медуза, Давид с головой Голиафа и еще 12 реалистичных картин Караваджо, от которых мурашки по телу.(часть 1)

Микеланджело Караваджо – итальянский художник, прославившийся своим творчеством в период между 1590-ми и 1610-ми годами. Он сыграл значительную роль в вдохновении живописи барокко и его произведения искусства значительно изображали физическое, а также эмоциональное состояние человека. Легендарный живописец использовал технику светотени, отмеченную сказочным взаимодействием света и тьмы, которое называлось тенебризмом. Призвание апостола Матфея.

Это один из шедевров Караваджо, где изображена тема Иисуса, вдохновляющего Матфея идти по его стопам. Благодаря представлению этой картины, художнику удалось запечатлеть бессмертные и мирские миры в одной рамке. Произведение было написано для капеллы Контарелли или часовни Контарелли, и в настоящее время оно висит рядом с мученичеством Святого Матфея.

Вакх.

Знаменитая картина маслом, представляющая чувственный образ молодого мальчика, одетого как Вакх, лежащего в головном уборе из виноградных листьев и винограда, откинувшись в уникальной позе, возясь со своим платьем.

Перед ним лежали фрукты и красное вино, а в руке он держал кубок, возможно приглашая своих зрителей принять участие в празднике.

В изображении могут быть следы гомоэротизма, и, как утверждают многие критики, а вместе с ними и искусствоведы, Караваджо мог выражать свои собственные романтические чувства через этот образ. Помимо всего этого, ходят слухи о том, что моделью является сам художник.

Медуза.

Две версии этой картины были созданы в 1596 и 1597 годах, где был выдвинут момент казни Медузы Персеем. Картина имеет ужасную привлекательность, поскольку Караваджо проектирует обезглавленную голову Медузы и ставит своё собственное лицо, чтобы захватить все эмоции женского монстра. Ужасный и странный взгляд на лике подчёркивает увлечение художника реализмом и насилием.

Поговаривают о том, что сам кардинал Франческо Мария дель Монте поручил художнику написать эту картину, которую он намеревался подарить Фердинандо I Медичи, герцогу Тосканы.

Техника тенебризма, включающая тонкий контраст тёмного и светлого наряду с реалистическим подходом, придаёт картине трёхмерную привлекательность, делая её поистине ужасающе прекрасной и пугающе привлекательной.

Обращение святого Павла.

Эта работа вместе с другой картиной, а именно распятие «Святого Петра», была заказана Тиберио Серази, который в итоге отверг оба произведения в первом случае.

И несмотря на то, что картины не одержали одобрения, в скором времени были сделаны их вторые версии, которые находятся в часовне Cerasi в настоящее время.

В этой работе зафиксировано событие, когда апостол Павел (Савл из Тарса) направлялся в Дамаск, чтобы уничтожить христианскую общину, но изменил свою миссию после того, как увидел Христа. Неровные формы и бессвязные узоры освещения создают ауру кризиса, полностью отражая созданную художником атмосферу.

Нарцисс

«Нарцисс» – популярная тема классической мифологии, сосредоточенная вокруг красивого юноши, который влюбляется в своё собственное отражение и умирает после того, как его переполняют страсть и одержимость, был отчетливо представлен Караваджо.

Здесь видно, как юный паж страстно вглядывается в своё собственное изображение, искаженное и разбитое. Здесь во всей красе реализована концепция тенебризма, где художник резко контрастирует между светлыми и тёмными пространствами, придавая некоторым деталям и элементам невероятную глубину.

Кроме того, темнота, царящая вокруг центрального персонажа, добавляет ощущение меланхолии, навевая тоску и состояние необоснованной тревоги.

Обезглавливание Иоанна Крестителя.

Ещё один шедевр Караваджо и значительное произведение в мире западной живописи, где главной темой является казнь Иоанна Крестителя. Пока жертва занимает мэйнфрейм, рядом с ним также присутствует Саломея с золотым блюдом в руке для получения головы.

Как оказалось, помимо Саломеи, есть ещё один свидетель этого ужасного происшествия. Изображение обладает пустым пространством, хотя из-за большой площади холста персонажи изображены в натуральную величину.

Контраст между светом и темнотой, помимо использования красного и жёлтого, придают живой и реалистичный вид всему произведению искусства.

Корзина фруктов.

Пожалуй, это один из самых живописных натюрмортов художника, на котором изображена плетёная корзина, наполненная летними фруктами, стоящая на краю уступа. Караваджо намеренно представляет детали так замысловато, что червивое яблоко, высушенный лист и запылённый виноград тут же бросаются в глаза, акцентируя на них внимание.

Давид и Голиаф.

Здесь представлена одна из ранних картин Караваджо – библейская тема Давида и Голиафа. Давид, юноша, как видно, схватил Голиафа за волосы. Взаимодействие между светом и тьмой было сказочно изображено здесь.

Только посмотрите на то, как художник мастерски создал контраст, подчёркивая ноги, плечи и руки Давида яркими бликами, в то время как темнота преобладает повсюду. Первоначально картина была перегружена мелодрамой, где было спроецировано ужасающее и паническое лицо Голиафа.

Он изменил это позже, сосредоточив основное внимание на Давиде, чьё лицо было скрыто в темноте.

Положение во Христе.

Это один из лучших алтарей Караваджо, сделанных для часовни в Chiesa Nuova. Группа из шести человек видна в кадре с Иоанном евангелистом, держащим верхнюю половину тела Христа. А Святой Никодим, который выдёргивал гвозди из его ног, поддерживает нижнюю часть тела Христа.

Форма и движение в картине диагональные, а её реалистичность вызывает неподдельный интерес у зрителя. В нижней левой части изображено растение под названием коровяк, которое, как говорили, обладает целебными свойствами, а также защищает от злых духов, символизируя таким образом победу над смертью и Воскресение.

Читайте также:  Гойя франциско "маха обнаженная" описание картины, анализ, сочинение

Это произведение искусства послужило вдохновением для Рубенса, Жерико, Сезанна и Фрагонара.

Ужин в Эммаусе.

Ещё одна увлекательная картина Караваджо сосредотачивается вокруг времени, когда после Воскресения Иисус становится видимым для своих учеников Клеопы и Луки, в Эммаусе (город, о котором говорится в Новом Завете), но исчезает из их места в кратчайшие сроки. Изображение персонажей в натуральную величину на тёмном фоне создаёт необычную ауру.

Давид с головой Голиафа.

Художник придаёт этой работе реалистичный оттенок, изображая голову Голиафа, свисающую с руки Давида, с кровью, капающей повсюду.

Юдифь обезглавливает Олоферна.

Эта работа проливает свет на библейское событие Юдифь, молодой, очаровательной вдовы, обезглавившей ассирийского генерала Олоферна путём обмана.

Моделью в роли Юдифь считается Филлида Меландрони, которая даже позировала для большинства других работ Караваджо.

Ходят слухи о том, что художник, сделал и вторую версию этой картины, которая была обнаружена в 2014 году в Тулузе, хотя её подлинность всё ещё под вопросом.

Гадалка.

Есть две версии этой картины, сделанные в 1594 и 1595 годах соответственно, хотя даты были оспорены в обоих случаях. Бедно одетый мальчик занимает центральную рамку вместе с цыганской девочкой, которая читает его ладонь. Есть чувство удовольствия, когда они оба смотрят друг другу в лицо.

При внимательном осмотре картины замечено, что девушка лукаво снимает с мальчика кольцо, нежно поглаживая его руку.

Джованни Петро Беллори, который написал биографию Караваджо, упоминает, что женская модель – это прохожий, которого художник выбрал, чтобы сохранить оригинальность в своей работе, а не черпать вдохновение у своего мастера.

Музыканты.

Картины с музыкантами за работой, казалось, были популярной темой в то время, как Церковь начала поощрять возрождение в области музыки.

Говорят, что до сих пор эта группа была самой сложной и амбициозной из работ Караваджо, поскольку ему было трудно чётко представить четыре фигуры, что придавало ей неуклюжий эффект.

В настоящее время картина находится в плачевном состоянии, хотя её оригинальность сохранилась.

AWESOME! NICE LOVED LOL FUNNY FAIL! OMG! EW!

Источник: https://homsk.com/martin/meduza-david-s-golovoj-goliafa-i-eshe-12-realistichnyh-kartin-karavadzho-ot-kotoryh-murashki-po-telu-chast-1

Картина «Давид с головой Голиафа». 1610 год

Эта история известна, как Давид и Голиаф. Началась она с того, что Бог приказал Самуилу помазать нового царя — одного из семерых сыновей некоего Иессея Вифлиемлянина. Самуил взял рог с елеем и отправился в город Вифлием. Увидев старшего сына Иессея, Самуил решил, что это и есть избранник Божий, но Бог сказал: «Не смотри на вид его и на высоту роста его; Я отринул его; Я смотрю не так, как смотрит человек; ибо человек смотрит на лицо, а Господь смотрит на сердце». Так же были отвергнуты еще пятеро сыновей Иессея, и лишь когда привели самого младшего, Давида, Господь сказал: «Встань, помажь его, ибо это он».

Помазание нового царя некоторое время сохранялось в тайне, и над Израилем по-прежнему царствовал Саул. Лишившись поддержки Самуила, чувствуя, что отвергнут Богом, Саул впал в жестокую меланхолию, «возмущал его злой дух».

В то время верили в целительную силу музыки, и царедворцы Саула стали искать искусного музыканта. Случилось так, что их выбор пал на Давида, славившегося своим умением играть на арфе. Давида доставили в царский дворец, и с тех пор, когда Саула начинала терзать тоска, «Давид, взяв гусли, играл, — и отраднее и лучше становилось Саулу, и злой дух отступал от него».

В это время возобновилась война с филистимлянами. Саул во главе войска отправился сражаться, а Давид, будучи еще слишком юным, чтобы воевать, вернулся к своему отцу. «И стали филистимляне на горе с одной стороны, а израильтяне на горе с другой стороны, а между ними была долина».

Из рядов филистимлян выступил могучий боец, великан Голиаф, и крикнул израильтянам: «Выберите у себя человека, и пусть сойдет ко мне. Если он может сразиться со мною и убьет меня, то мы будем вашими рабами; если же я одолею его и убью его, то вы будете нашими рабами и будете служить нам!»

Услышав вызов великана, израильтяне «очень испугались и ужаснулись». Царь Саул пообещал богатую награду и свою дочь в жены тому, кто сразится с Голиафом, но никто не решился вступить в единоборство. Никто не мог тогда предположить, что в поединке должны сойтись два неравных противника — Давид и Голиаф, молодой пастух и опытный воин трехметрового роста.

В израильском войске находились старшие братья Давида. Однажды отец сказал ему: «Возьми для братьев своих ефу (мера сыпучих тел — около 52 литров) сушеных фруктов и десять этих хлебов и отнеси поскорее в стан к твоим братьям». Давид взял ношу и отправился в расположение израильских войск.

Он повидался с братьями, передал им отцовские гостинцы, а братья рассказали ему о вызове Голиафа. Давид пошел к Саулу и сказал: «Раб твой пойдет и сразится с этим филистимлянином».

Саул стал отговаривать Давида от безрассудного намерения, но юноша сказал, что когда он пас стада своего отца, то не раз защищал овец от львов и медведей, и что Господь, помогавший ему побеждать хищных зверей, поможет победить и Голиафа.

Давиду принесли оружие и доспехи, но они оказались слишком тяжелыми для него. Давид сказал: «Я не могу ходить в этом; я не привык». Он взял пастушеский посох, пращу и пять гладких камней, которые подобрал на дне ручья, и вышел на бой с ужасным великаном.

Когда Давид и Голиаф оказались друг против друга, филистимлянин встретил юношу пренебрежительной фразой: «Что ты идешь на меня с палкой и с камнями? Разве я собака?»

Давид же отвечал: «Ты идешь против меня с мечом, копьем и щитом, а я иду против тебя во имя Господа». Он вложил в пращу камень — и метнул прямо в лоб великану. Оглушенный молниеносным ударом великан упал, а Давид быстро подбежал к нему и его же мечом отсек Голиафу голову. Видя поражение своего силача, филистимляне обратились в бегство.

Победа над Голиафом прославила Давида на всю страну. Саул, несмотря на молодость Давида, назначил его военачальником и выдал за него замуж свою дочь Мелхолу. Давид одержал много военных побед, и вскоре его слава затмила славу самого Саула. В народе говорили: «Саул победил тысячи, а Давид — десятки тысяч».

Давид и Саул

Саул начал завидовать Давиду и постепенно возненавидел его. Кроме того, до Саула стали доходить слухи, что пророк Самуил тайно помазал Давида на царство. Оскорбленная гордость, страх и подозрения довели Саула почти до безумия. «Напал злой дух от Бога на Саула, и он бесновался в доме своем».

Однажды Давид, как в прежние времена, пришел к Саулу, чтобы поиграть ему на арфе, но Саул метнул в Давида копье, от которого тот едва успел увернуться. Вскоре Саул отправил Давида в опасный поход против филистимлян, надеясь, что тот погибнет.

Но Давид вернулся с победой, еще больше упрочившей его славу. Тогда Саул решил подослать к Давиду убийц. Об этом стало известно сыну Саула, Ионафану.

Рискуя навлечь на себя гнев отца, он предупредил о грозящей опасности свою сестру Мелхолу, жену Давида.

Мелхола сказала Давиду: «Если ты не спасешь души твоей в эту ночь, то завтра будешь убит». Давид бежал через окно, а Мелхола уложила в постель куклу, прикрыв ее одеждой Давида.

Когда утром слуги Саула пришли за Давидом, Мелхола сказала, что ее муж болен и не может встать с постели. Слуги доложили об этом Саулу, и тот приказал: «Принесите его ко мне на постели, чтобы убить его». Обман раскрылся, и Мелхола едва избегла наказания, заверив отца, что Давид угрозами вынудил ее помочь ему.

Ионафан попытался поговорить с отцом, взывая к чувству справедливости: «Да не грешит царь против раба своего Давида, ибо он ничем не согрешил против тебя, и дела его весьма полезны для тебя».

Но Саул не желал слушать разумных доводов и лишь разгневался на Ионафана: «Сын негодный и непокорный! Разве я не знаю, что ты подружился с сыном Иесеевым на срам себе?» — и приказал снарядить погоню за Давидом.

Давид ожидал Ионафана в условленном месте. Ионафан, опередив погоню, посоветовал Давиду бежать подальше от Саула и найти себе надежное убежище. Друзья обнялись со слезами, «и встал Давид и пошел, а Ионафан возвратился в город».

Давид поселился в горах. Вскоре «собрались к нему все притесненные и все должники, и все огорченные душою, и сделался он начальником над ними; и было с ним около четырехсот человек». Узнав об этом, Саул начал с Давидом настоящую войну. Он «взял три тысячи отборных мужей из всего Израиля, и пошел искать Давида и людей его по горам, где живут серны». Но Давид был неуловим.

Однажды Саул зашел «для нужды» в темную пещеру. Как раз в этой пещере скрывался Давид со своими людьми. Разбойники хотели убить царя, но Давид удержал их, сказав: «Да не попустит мне Господь сделать это господину моему, помазаннику Господню». При этом он незаметно отрезал край плаща Саула.

Когда Саул покинул пещеру, Давид закричал ему вслед: «Господин мой, царь! Посмотри на край одежды твоей в руке моей; я отрезал край одежды твоей, а тебя не убил.

Узнай и убедись, что нет в руке моей зла, ни коварства, и я не согрешил против тебя, а ты ищешь души моей, чтобы отнять ее». Саул оценил великодушие Давида и сказал: «Ты правее меня, ибо ты воздал мне добром, а я воздавал тебе злом».

Но преследований не прекратил.http://objective-news.ru/2010-02-24-14-56-52/

Источник: https://alindomik.livejournal.com/5715752.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector