Нестеров “молчание” описание картины, анализ, сочинение

31 мая (19 мая по старому стилю) 1862 года родился Михаил Нестеров. Предлагаем вспомнить 7 полотен, на которых выдающийся русский живописец «избегал изображать сильные страсти», отдавая предпочтение тихому пейзажу и человеку, «живущему внутренней жизнью».

Нестеров

Отражением идеи жизни человека в гармонии с природой стала картина «Пустынник», написанная художником во время его жизни в Сергиевом Посаде. Там он знакомится с монахом  Троице-Сергиевой лавры Гордеем, который становится прототипом героя.

Впоследствии, однако, художник намеренно уйдет от портретности, наделяя монаха обобщенными чертами. Вдоль озера по тропке бредет, опираясь на посох, старец в монашеских одеждах. Он задумчив и сосредоточен, но в то же время его лицо наполнено внутренней улыбкой.

Осенний пейзаж пронизывает картину спокойствием и умиротворением.

Художнику удалось в полной мере передать свою убежденность в том, что только жизнь вдали мирской суеты способна напитать человеческую душу покоем, искренностью и стойкостью.

Намеченные художником принципы и идеи будут реализованы в его дальнейшем творчестве.

Картина была куплена Третьяковым за 500 рублей, что позволило получить Нестерову не только материальную независимость (он, в том числе, смог поехать в Италию), но и стала подтверждением: «Он – настоящий художник!»

Нестеров

Замысел цикла картин, посвященных жизни Сергия Радонежского, появился у Михаила Васильевича во время пребывания в Сергиевом Посаде.

«Видение отроку Варфоломею»  – стала первой картиной, идея которой возникла во время посещения имения Абрамцево, куда он был приглашен женой Мамонтова Елизаветой Григорьевной.

Но приступить к работе Нестеров смог только после итальянского путешествия – с большим воодушевлением он выполнил большое количество подготовительных этюдов и рисунков, в том числе и пейзаж, который позже ляжет в основу картины.

Смысловым центром композиции стала фигура мальчика, который уповает на черноризца и просит чуда – освоить грамоту. Согласно преданию, юному Варфоломею (мирское имя преподобного Сергия) никак не давалась грамота. После встречи с монахом, мальчик начал бегло читать.

Осенний пейзаж наполняет картину чистотой и словно дарит способность раскрыть тайные помыслы и желания чистой души мальчика.

Тесно переплетая реальность и видение, Нестеров создает необычную для русской живописи картину – в станковой живописи появляется элемент иконописи.

Золотое сияние вокруг голову схимника рождает массу споров не только среди зрителей и критиков, увидевших картину на очередной выставке передвижников, но и среди коллег-художников, некоторые из которых назовут картину «вредной».

Нестеров

Еще одной картиной, которую художник написал в окрестностях Сергиева Посада, станет «Под Благовест». На первом плане зритель видит двух монахов, читающих Часослов и бредущих вдоль поросли молоденьких березок. В лучах заходящего солнца горят кресты храма.

Монахи настолько углубились в чтение, что не обращают внимания на красоту природы, которая просыпается от зимнего сна. Художник вкладывает в руки молодого инока веточку вербы, сообщая тем самым, что великий праздник Воскрешения Христова совсем скоро.

Кажется, что и в природе, и в людях, изображенных на картине, не осталось ничего земного, а все происходящее проникнуто тишиной спасительной молитвы.

Нестеров

Одной из лучших картин, рассказывающей о монашеской жизни, стало «Молчание», написанное Нестеровым параллельно с работой над «Святой Русью». Взору зрителя предстают две скользящие по заливу у подножия Рапирной горы на Соловках лодки.

Внутренние связи – доминанты полотна – образуют четкий треугольник: две лодки и церковь на вершине горы. На берегу художник располагает еще один храм, тем самым символично иллюстрируя Церковь земную и Церковь небесную. К последней и держат свой путь седовласый старец и юноша. Однако в самой картине нет движения и динамики.

Герои становятся частью природы, умиротворенной и затаившей дыхание перед чем-то великим.

Связь человека с Богом через общение с природой, созерцательная молитва и уход от мирской суеты подчеркивается и общим колоритом: легкое звучание сиреневого, желтовато-розового и серо-фиолетового оттеняют доминанту темного зеленого и черного. Идеи «Молчания» впоследствии будет отражены в «Лисичках» (1914), «Старец. Раб Божий Авраамий» (1914-1916), «В скиту» (1915) и «Соловки» (1917).

Нестеров

Эта картина становится первой работой в новом для мастера жанре портрета. Образ любимой жены был создан Нестеровым в их киевской квартире. Ольга Петровна сидит в кресле рядом со столиком, на котором стоит ваза с азалиями и разбросаны разные безделушки.

На стене – картина Бенуа «Сентиментальная прогулка». Художник не делал набросков к портрету, он писал его прямо с натуры, стараясь поймать секунды жизни любимой женщины, словно предчувствуя разлуку с ней.

В этом же году он напишет и портрет дочери Ольги, которая незадолго до этого перенесет сложную операцию по возвращению слуха. Дочери предстоит еще одно хирургическое вмешательство – трепанация черепа.

Опасаясь за ее жизнь, Михаил Васильевич старался запечатлеть любимую дочь на холсте – в 1906 году он напишет еще «Портрет О.М. Нестеровой», который в 1907 году имел огромный успех у публики и был приобретен для коллекции Государственного Русского музея.

Нестеров

В 1912 году Нестеров заканчивает работу над росписью Покровского храма Марфо-Мариинской обители и приступает к завершению трилогии – картине «Душа народа». Уже написаны «Святая Русь» (1901-1905) и «Путь ко Христу» (1908-1912).

Каждое из полотен появилось в сложное для страны время, и через них Михаил Васильевич символично предлагает выход из сложных ситуаций, который заключается не в бунтах, пропитанных кровью, а в свете истины христианской, веры в Бога и народном единстве.

Вдоль берега Волги в поисках правды и утраченной веры бредут люди, впереди которых – крестьянский мальчик, с надеждой вглядывающийся вперед. Образ мальчика был написан художником со своего сына Алексея. Если на двух предыдущих картинах трилогии присутствует Христос, то здесь его уже нет.

Однако складывается ощущение, что Он только что прошел, а разные люди – царь в шапке Мономаха, священник, схимник, юродивый, слепой солдат с сестрой милосердия – стремятся догнать его. На картине можно также увидеть Достоевского, Толстого и Соловьева.

Эта людская лавина движется за ребенком, который единственный с открытым и чистым сердцем может «догнать» Бога.

Нестеров

В поздних работах Нестерова реже появляются образы русских святых. На первое место выходит полотна, написанные в жанре портрета.

После 1920 года мастер создает портреты своих современников: художников, скульпторов, философов, ученых, литераторов, врачей и актеров. Одной из таких работ становится портрет Васнецова.

Идея написать своего друга родилась у художника еще в 1908 году, но из-за большого количества заказов воплощение замысла было отложено на долгие годы.

Картина была написана в год 70-летнего юбилея Виктора Михайловича. Выдающийся художник-сказочник изображен сидящим в своей мастерской на фоне икон.

Кресло с высокими подлокотниками развернуто таким образом, чтобы зритель отгораживал портретируемого от всего остального мира, а святитель в светлых одеждах с иконы словно призывает Васнецова к беседе.

Седовласый старец смотрит на зрителя сверху вниз, но в его взоре нет высокомерие, скорее подчеркивается значительность его личности. Портрет понравился многим, а сам мастер считал его одной из лучших своих работ.

Фаина Шатрова

Источник: https://russian7.ru/post/7-besstrastnyx-poloten-mixaila-nesterova/

Михаил Нестеров. Молчание. Соловки. Лисичка. Описание картин. | Русские художники. Russian Artists

Нестеров


Молчание.

1903.
Холст, масло. Третьяковская Галерея, Москва, Россия.

Нестеров


Соловки.

1917.
Холст, масло. 78 x 122.
Художественный музей, Луганск, Украина.

Нестеров


Лисичка.

1914.
Холст, масло. 101 x 127.

Третьяковская Галерея, Москва, Россия.

Нестеров


Три старца (Лисичка).

1915.
Холст, масло. 102 x 120.
Национальная галерея Армении, Ереван, Армения.

В 1901 г., желая углубить своё знакомство с духовным миром русских монастырей, художник отправился в путешествие в Соловецкий монастырь на Белом море.

Братия монастыря – крестьяне северных губерний и Сибири поразили его умом, крепостью, деловитостью. “С топором да пилой в лесу Богу молимся”, – говорили они о себе. Вся природа была для них святым храмом.

Звери и птицы здесь не боялись человека, поскольку он не трогал их без особой надобности. Раз в год монастырский собор выносил решение изловить для нужд монастыря определенное количество медведей, оленей, зайцев, лисиц.

Все лишнее, что попадало в капканы и силки сверх соборного постановления, выпускали на волю.

Под впечатлением русского Севера, суровой природы и соловецких монахов были написаны картины «Молчание», «Лисичка», «Тихая жизнь», «Обитель Соловецкая», «Мечтатели», «Соловки». Но на этом перечень его произведений с «соловецкими мотивами» не заканчивается — они ещё долго звучали на его картинах.

Одна из лучших нестеровских картин «Молчание». Залив у подножия Рапирной горы. Таинственный свет белой ночи. В неподвижных водах отражается темная, поросшая лесом гора. Словно эхо, повторяют друг друга фигурки монахов в лодках, седобородого старца и юноши.

Состояние природы чутко уловлено художником, но он не следует за натурой пассивно. Нестеровское мастерство композиции здесь проявляется в ее лаконизме, выборе крупных планов, скупости обобщающих линий.

Почти буквальное повторение силуэтов монахов использовано Нестеровым как ритм в музыке.

Примечательно, что в своих работах на «монастырские» темы Нестеров никогда не изображал ни архиереев, ни великолепных служений с их пышными обрядами, ни истекающих золотом церковных интерьеров. Отмечая характерные особенности религиозных полотен Нестерова, Дурылин писал:

«Своих монахов-простецов Нестеров всегда выводит из келий, из церквей, из монастырских стен — уводит их в лесную глушь и оставляет там одних с их молитвой, лицом к лицу с животворящей природой, наедине с ёлочками да берёзами, а в собеседники даёт им птицу да зверей… Тема эта была постоянной, неотлучной от Нестерова темой — блаженного общения верующего человека с природой».

Главная сайта
       

Главная
       

На страницу «Нестеров»
       

«Три шедевра»

Источник: http://www.tanais.info/art/nesterov5more.html

Сочинение по картине Нестерова «Портрет Павлова

На долю произведения портретного жанра редко выпадает такая известность, какой пользуется в самых широких кругах советских зрителей портрет великого физиолога Ивана Петровича Павлова, созданный М. В. Нестеровым.

Очевидно, причина необычайно активного воздействия этого великолепного произведения – в том заряде энергии, которой оно насыщено.

В портрете как бы слились воедино две творческие воли – самого Павлова, обладавшего неугомонным духом великого экспериментатора, и Нестерова, умевшего даже в старости воспринимать и воплощать мир с поистине юношеской смелостью.

История создания Нестеровым портрета Павлова – это одновременно история дружбы двух удивительных людей, дружбы, возникшей поздно и длившейся недолго, но крепкой, сердечной и взаимно обогащавшей обоих.

К 1930 году известность Нестерова как портретиста возросла настолько, что его друзья стали “сватать” ему новую модель – И. П. Павлова. Но художник, несмотря на возбуждавшую его интерес легендарность ученого, не находил при рассматривании фотографий Павлова черт, которые могли бы вдохновить его на создание портрета.

Однако при первой же встрече, состоявшейся по просьбе все тех же друзей, Нестеров был так увлечен личностью необыкновенного человека, его “страстной динамикой, каким-то внутренним напором, ясностью и молодостью мыслей, убежденностью”, что вопрос о писании портрета был решен.

Нестеров отправился по приглашению Павлова в Колтуши, чтобы сразу же приступить к работе над портретом. Так возник первый портрет Павлова, написанный с обычной для Нестерова остротой восприятия, свежий и непосредственный. Ученый изображен углубленным в чтение, в очень спокойной и естественной позе, с задумчивым, сосредоточенным лицом.

Весь портрет пронизан солнечным светом. Зеленые, голубые рефлексы от листвы падают на лицо и костюм, отражаются в столешнице и в переплетах книг. Портрет удался, все, и в том числе сам Павлов, были им довольны. Но вскоре после его окончания Нестеров понял, что не исчерпал полностью эту тему.

“Я мог тогда уже, – пишет он в своих воспоминаниях, – видеть иного Павлова, более сложного, в более ярких его проявлениях, и я видел, что необходимо написать другой портрет этого совершенно замечательного человека, но кем и когда этот портрет будет написан – сказать было нельзя…” Этот портрет был создан самим Нестеровым.

За пять лет, прошедших между писанием обоих портретов, дружеские связи между Павловым и Нестеровым укрепились. Нестеров несколько раз гостил в Колтушах, все лучше и лучше узнавая своего радушного хозяина, все глубже вникая в его жизнь, знакомясь с его работой.

В 1934 году художник сделал несколько портретных зарисовок Павлова в профиль (что предвещало композицию будущего портрета), а в августе – сентябре 1935 года, после окончания Международного конгресса физиологов, проходившего в Ленинграде и Москве, написал новый портрет Павлова.

На застекленной террасе, за столом, сидит этот “дивный старик” (слова Нестерова), крепко сжав протянутые вперед кулаки и положив их на листок с диаграммой, как бы доказывая что-то невидимому собеседнику. За окном – стандартные домики Колтушей, научного городка, созданного великим ученым, а за ними – осенние поля, полоска леса на горизонте и затянутое облаками небо.

Все в этом портрете, начиная от самого главного -головы, лица – и кончая фоном, деталями обстановки, написано Нестеровым с истинным вдохновением и настоящей душевной молодостью. Трудно поверить, что портретируемому восемьдесят пять лет, а портретисту семьдесят три.

Как всегда у Нестерова, строго продумана композиция портрета. Вытянутая по горизонтали, она ритмична и уравновешенна, что придает портрету монументальность, при всей его остроте и внутренней динамичности.

Постановка фигуры в профиль позволила художнику дать наиболее выразительную, меткую характеристику своей модели.

Портрет решен в светлой, несколько разбеленной гамме, все связывается двумя основными доминирующими тонами – серо-голубым и розовато-лиловым. Серый костюм Павлова написан широко и свободно, голубоватые, зеленоватые, охристые его тона оживлены розовыми рефлексами.

Пейзаж играет в портрете очень большую роль, но по-иному, чем это было в ранних произведениях Нестерова. Там типично “нестеровский” пейзаж настроения усиливал лирическое звучание портрета. Здесь же лаконичный ландшафт за окном характеризует сферу деятельности Павлова, как и диаграмма на столе перед ним.

“Пейзаж его (то есть Павлова) радовал, – писал Нестеров, – так как все, что вошло в него, были его мысли, воплощение его мечтаний последних лет”.

С большим изяществом, очень деликатно написан цветок, стоящий на столе; кружево его белых звезд и зеленых листьев придает особую поэтичность портрету, построенному на четких ритмах прямых линий.

Этот портрет, пожалуй, даже с большим правом, чем портрет братьев П. Д. и А. Д. Кориных, может быть назван картиной, и в данном случае картиной исторической.

Павлов на портрете Нестерова охарактеризован так, что ни у кого не может возникнуть сомнения, что изображен большой ученый, и ученый определенного склада – несгибаемый борец за свои идеи, за дело всей своей жизни.

Портретный образ перерастает в образ собирательный, раскрывающий эпоху. Вместе с тем подчеркивание типических черт не приводит к утрате черт индивидуальных.

Нестеров решает здесь важную задачу: создать портрет – повесть о человеке. Но содержанием этой повести он избирает не жизнеописание портретируемого с подробным перечислением его примет, деталей обстановки.

Художник выхватывает из этой жизни один момент – но зато самый характерный; один уголок обстановки, в которой живет человек, – но зато самый типичный; один жест – но этот жест крепко сжатых в кулаки сухих, жилистых рук как бы воплощает в себе непреклонную волю великого труженика.

Есть в портрете что-то очень современное.

Это ощущение сегодняшнего дня, нашей эпохи (конечно, в широком смысле этого слова) складывается, вероятно, из того впечатления сконцентрированной энергии, которое производит образ Павлова, из четкой ритмичности композиции и бодрого, утреннего звучания светлой, холодной цветовой гаммы портрета. И еще одно: портрет написан чрезвычайно свободно, широкими, энергичными мазками, не подчиняющимися никакой стилистической схеме. Художник пишет лицо Павлова мягко, пастозно, но вдруг что-то новое и смелое появляется в этой спокойной манере – четкими, суховатыми, длинными ударами кисти обозначены морщины на лбу, контуры крыльев носа, глазных впадин, уха. Это придает чертам лица Павлова определенность и чеканность. Так же обобщенно и аскетично написан и пейзаж, по-настоящему современный.

Перед нами произведение умное, страстное и сильное. В полной мере звучит в нем восхищение художника своею моделью, и не только восхищение, а подлинное понимание того, кем был Павлов для науки, для человечества.

Этот портрет утвердил имя Нестерова как крупнейшего советского портретиста.

Масло/Холст (1935)

Описание

Нестеров неоднократно гостит у Павлова в Колту-шах. Художник делает с него зарисовки, наблюдая его за разговорами, чтением, работой в саду. Так возникает один из лучших в…

На предложение группы ученых написать знаменитого физиолога, Нестеров склонен был ответить отказом, хотя относился с глубоким уважением к научным достижениям Павлова.

Познакомившись с фотографиями Павлова, он не нашел в них ничего такого, что могло бы его “раззадорить”.

Но вот состоялась личная встреча, и Нестеров был потрясен самобытностью и непосредственностью, буйным темпераментом этого человека, разменявшего девятый десяток. Знакомство с ученым перерастает в близкую дружбу.

Нестеров неоднократно гостит у Павлова в Колту-шах. Художник делает с него зарисовки, наблюдая его за разговорами, чтением, работой в саду. Так возникает один из лучших в творчестве Нестерова портретов. Ученый изображен на террасе своего дома в Колтушах.

В его профиле и жесте рук ощутима неуемная энергия. Белый кружевной цветок на столе вносит в портрет лирическое начало. Пейзаж за окном – коттеджи, построенные для сотрудников Павлова – виден словно бы в туманной дымке.

Краски портрета – “нестеровские”, светлые, серебристые, выявляют утреннюю свежесть этой бодрой прекрасной старости, утро творчества.

Описание картин М.В. Нестерова

Картина «Молчание», 1903 г. Масло. Холст

В 1903 году Нестеров посетил Соловецкий монастырь на Белом море в поисках персонажей для своей картины “Святая Русь”. Братия монастыря – крестьяне северных губерний и Сибири поразили его умом, крепостью, деловитостью. “С топором да пилой в лесу Богу молимся”, – говорили они о себе.

Вся природа была для них святым храмом. Звери и птицы здесь не боялись человека, поскольку он не трогал их без особой надобности. Раз в год монастырский собор выносил решение изловить для нужд монастыря определенное количество медведей, оленей, зайцев, лисиц.

Все лишнее, что попадало в капканы и силки сверх соборного постановления, выпускали на волю. Под впечатлением увиденного в Соловках была написана одна из лучших нестеровских картин “Молчание”. Залив у подножия Рапирной горы. Таинственный свет белой ночи.

В неподвижных водах отражается темная, поросшая лесом гора. Словно эхо, повторяют друг друга фигурки монахов в лодках, седобородого старца и юноши. Состояние природы чутко уловлено художником, но он не следует за натурой пассивно.

Нестеровское мастерство композиции здесь проявляется в ее лаконизме, выборе крупных планов, скупости обобщающих линий. Почти буквальное повторение силуэтов монахов использовано Нестеровым как ритм в музыке.

Картина « Портрет академика Павлова» 1935 г. Масло. Холст

Нестеров

На предложение группы ученых написать знаменитого физиолога, Нестеров склонен был ответить отказом, хотя относился с глубоким уважением к научным достижениям Павлова.

Познакомившись с фотографиями Павлова, он не нашел в них ничего такого, что могло бы его “раззадорить”.

Но вот состоялась личная встреча, и Нестеров был потрясен самобытностью и непосредственностью, буйным темпераментом этого человека, разменявшего девятый десяток. Знакомство с ученым перерастает в близкую дружбу. Нестеров неоднократно гостит у Павлова в Колту-шах. Художник делает с него зарисовки, наблюдая его за разговорами, чтением, работой в саду. Так возникает один из лучших в творчестве Нестерова портретов. Ученый изображен на террасе своего дома в Колтушах. В его профиле и жесте рук ощутима неуемная энергия. Белый кружевной цветок на столе вносит в портрет лирическое начало. Пейзаж за окном – коттеджи, построенные для сотрудников Павлова – виден словно бы в туманной дымке. Краски портрета – “нестеровские”, светлые, серебристые, выявляют утреннюю свежесть этой бодрой прекрасной старости, утро творчества.

Картина «Философы (С.Н. Булгаков и П.А. Флоренский)» 1917г. Масло

Нестеров

В портрете С.Н. Булгакова и П.А. Флоренского, названном “Философы”, Нестеров написал двух выдающихся представителей религиозно-философской мысли. Художник восхищался миром идей и чувств отца Павла Флоренского в его знаменитой книге “Столп и утверждение истины”. Он избрал жанр парного портрета, чтобы показать два противоположных характера в едином поиске истины. Вечереет. Неторопливо бредут два человека, погруженные в беседу. В одинаковых поворотах фигур, наклонах головы – разные выражения. Священник в белой рясе – воплощение кротости, смирения, покорности судьбе. Другой, в черном пальто, Булгаков – олицетворение неистового противления, яростного бунта.

Михаил Васильевич Нестеров (1862-1942) родился в Уфе в купеческой семье. В 1874 г. по желанию отца мальчик приехал в Москву, чтобы поступить в техническое училище, однако не сдал экзамены, поэтому поступил в реальное училище К.П. Воскресенского. Увлёкся живописью, поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, где его наставниками были такие известные художники, как П.С.

Сорокин, И.М. Прянишников, В.Г. Перов. В 1881г. переехал в Петербург, где поступил в Академию художеств, однако вскоре вернулся в Москву, в Училище живописи, где теперь его учителем стал А.К. Саврасов, а впоследствии В.Е. Маковский.

По собственному признанию художника, Нестеров «избегал изображать так называемые сильные страсти, предпочитая им наш тихий пейзаж, человека, живущего внутренней жизнью».
В творчестве Нестерова нашёл отражение большой интерес к историческому прошлому России. Не осталась в стороне и религиозная тема.

Одна из известных картин Нестерова посвящена Сергию Радонежскому, одному из наиболее почитаемых русских святых. Художник изобразил эпизод из детства будущего святого, который тогда был просто мальчик Варфоломей, испытывающий трудности в изучении грамоты. Сюжет картины «Видение отроку Варфоломею» основан на «Житии преподобного Сергия», составленном Епифанием Премудрым.

Участвовал Нестеров и в росписи православных храмов.
После революции 1917 г. художник остался работать в Советской России. Нестерову было 73 года, когда группа учёных предложила ему написать портрет академика И.П. Павлова, знаменитого на весь мир физиолога.

Художник с уважением относился к научным достижениям учёного, однако первоначально перспектива работы над портретом Павлова не увлекала Нестерова. Фотографии учёного, которые были представлены вниманию художника, не вдохновляли его на труд над портретом изображённого на них человека.
Всё изменила личная встреча.

Самобытная, непосредственная, эмоциональная личность Павлова, которому на тот момент было 85 лет, произвела на художника глубокое впечатление, которое он и вложил в портрет знаменитого физиолога. Нестеров неоднократно бывал у Павлова в его доме в деревне Колтуши (Ленинградская область), делал зарисовки. Общение художника и учёного вскоре переросло в дружбу.

Нужно несколько слов сказать об академике Павлове. Несомненно, личность незаурядная.
Иван Петрович Павлов (1849-1936) родился в Рязани в семье священнослужителя.

Предки отца и матери будущего физиолога уже на протяжении многих поколений были священниками, поэтому нет ничего удивительного в том, что Иван Павлович сначала учился в рязанском духовном училище, а по его окончании поступил в рязанскую духовную семинарию. Впоследствии учёный с теплотой вспоминал о годах, проведённых в семинарии.

Но от духовной карьеры он отказался, прочитав на последнем курсе книгу И.М. Сеченова «Рефлексы головного мозга». Эта работа сыграла поворотную роль в жизни молодого семинариста.

Так как для семинаристов в то время существовали значительные ограничения в выборе университетских специальностей, Павлов поступил сначала на юридический факультет, откуда через 17 дней перевёлся на естественное отделение физико-математического факультета Петербургского университета. Специализацией он выбрал физиологию животных.
В результате многолетних экспериментов И. П.

Павлову удалось впервые сформулировать принципы и основные понятия (подкрепление, условный и безусловный рефлексы) физиологии высшей нервной деятельности. Таким образом, Павлов стал основоположником науки о высшей нервной деятельности и представлений о процессах регуляции пищеварения; Получил мировое признание и в 1904 г.

за работу по физиологии пищеварения удостоился самой престижной награды – Нобелевской премии в области медицины и физиологии.
На картине Нестерова Павлов изображён на террасе своего дома в деревне Колтуши. Учёный сидит в кресле боком к зрителю. Фигуру Павлова художник поместил в правой части картины.

Поза, в которой изображён знаменитый физиолог, полна энергии: хотя Павлов сидит за столом, во всём его облике ощущается внутренний порыв. Несмотря на солидный возраст, учёный держится очень прямо. Плечи развёрнуты; слегка согнутые в локтях руки, не касаются подлокотников кресла. Экспрессивно сжатые в кулаки ладони лежат на столе поверх листа бумаги. Волевое лицо изображено в профиль.

Взгляд учёного сквозь очки устремлён мимо зрителя – чувствуется, что этот человек погружён в свои мысли, но не в меланхолическую задумчивость, а в бурную работу мозга, возможно, он даже мысленно спорит с кем-то или тщательно анализирует какие-то факты или гипотезы.
Известно, что на картине Нестерова Павлов отнюдь не молод, ему 85. Действительно, на портрете изображён человек, чьи волосы заметно поредели, а сохранившиеся белы как снег, как и пышная борода с усами. Морщины избороздили высокий лоб мыслителя; но его никак не назовёшь старым, дряхлым. Когда Нестеров впервые его увидел, то был поражён стремительностью, темпераментностью и неуёмной энергией «дивного старика», как назвал Павлова художник. Всё это мастеру вполне удалось передать на полотне.
Одет учёный в тёмный костюм, из-под которого выглядывают белые манжеты и воротничок рубашки. Тёмная одежда Павлова и тёмное дерево кресла, в котором он сидит, контрастируют со светлыми тонами фона.
Стол перед учёным покрыт бледно-розовой скатертью, на столе напротив учёного стоит комнатное растение, усеянное белыми звёздочками цветов. Нестеров в своих воспоминаниях называет это растение «убор невесты»; возможно, на картине изображён мирт, который действительно издавна использовался для украшения невест.

За окнами застеклённой веранды видны коттеджи со светло-зелёными и красными кровлями. Это дома, построенные для сотрудников Павлова, «Павловский городок».

Хотя портрет художник писал осенью, пока ещё не ощущается её присутствия – легко можно подумать, что за окнами весна или лето. Зеленеет растительность, вдали намечена полоска леса и узкий край неба.

Основную же часть картины занимает фигура Павлова – человека, совершившего кардинальный прорыв в науке своего времени.

Нестеров М. В. Портрет академика И. П. Павлова. 1935

Пáвлов Иван Петрович

Источник: https://moscsp.ru/sochinenie-po-kartine-nesterova-portret-pavlova.html

Анализ стихотворения «Silentium!» Тютчева

Стихотворение “Silentium!” подвергалось огромному количеству самых противоречивых интерпретаций и до сих пор считается самым загадочным в его творчестве. Краткий анализ “Силентиум” по плану можно использовать на уроке русской литературы в 10 классе, чтобы дать школьникам представление об этом произведении.

Нестеров

Перед прочтением данного анализа рекомендуем ознакомиться со стихотворением Silentium.

История создания – точная дата его написания неизвестна, но приблизительно оно датируется 1830 годом. Впервые в печатном виде оно вышло спустя три года в газете “Молва”.

Тема стихотворения – сохранение своего духовного мира от внешнего воздействия, противостояние окружению и сохранение внутренних сокровищ.

Композиция – трехчастная, причем сам Тютчев разделяет его, завершая каждую часть словами “и молчи!”. Все они

  • Жанр – это философская лирика, которая, со свойственной Тютчеву неоднозначностью, раскрывает тему взаимопонимания людей или его отсутствия.
  • Стихотворный размер – четырехстопный ямб с пиррихиями.
  • Метафоры – “встают и заходят оне”, “сердцу высказать себя”, “взрывая, возмутишь ключи”, “питайся ими – и молчи”, “есть целый мир в душе твоей”, “их оглушит шум”, “внимай их пенью”.
  • Эпитеты – “в душевной глубине”
  • Сравнение – “как звезды в ночи”, “мысль изреченная”, “целый мир”, “таинственно-волшебные думы”, “дневные лучи”.

О точной дате написание стихотворения история создания умалчивает, но традиционно оно датируется 1830 годом.

Однако у данного произведения было сразу несколько редакций – его дважды печатали в “Современнике” и один раз – в газете “Молва”. Именно в этом издании оно и было опубликовано впервые в 1833 году.

Любопытно, что при второй публикации в “Современнике” в 16-й строфе была допущена ошибка.

Интересно, что его названию, которое переводится как “Молчание” придается еще один оттенок смысла – именно этим латинским словом студентов немецких классических университетов призывали к порядку.

Таким образом, его можно истолковать не только как призыв к молчанию, но и как указание на необходимость слушать.

Такая трактовка основана на том, что Тютчев в свое время долго жил в Германии и посещал множество лекций в главном университете Мюнхена.

Посвящен стих теме, которая волновала многих поэтов – одиночеству творческого человека и необходимости оберегать свой внутренний мир, хранить его целостность. Последнюю мысль Тютчев высказывает достаточно безапелляционно, используя повелительное наклонение.

Кроме основной мысли, в стихотворении есть и другие идеи, которые развивает автор. Так, он говорит о лжи, что можно считать темой побочной. Тютчев говорит о том, что только молчание помогает сделать мысли (а значит, и стихи) свободными от тщеславных помыслов и обычного желания понравиться, которое присуще всем людям, в том числе тем, кто пишет стихи.

Восемнадцатистрочное стихотворение разделено на три строфы, каждая из которых может считаться и самостоятельным произведением, но тематическое единство превращает их в единое произведение, скрепленное общей мыслью. Но есть и формальное объединяющее средство – это глагол “молчи”, использованный в конце каждой строфы в повелительном наклонении.

Таким образом композиция “Silentium!” – трехчастная, где первая часть является призывом лирического героя к читателю: он велит ему молчать, никому не раскрывая свою душу и свои сердечные порывы. Вторая строфа аргументирует ту позицию, которая высказана в первой – поэт объясняет своему читателю, почему именно он считает, что молчание необходимо.

Наконец, третья строфа показывает, что может произойти с человеком, который решится обнажить свою душу перед миром. Тютчев описывает все угрозы, которые его ждут и говорит о том, что лучшим выходом будет все-то же молчание, о необходимости которого говорилось в первой строфе. Таким образом композиция своеобразно закольцовывается.

По жанру стихотворение является философской лирикой. Важную роль играет и стихотворный размер: благодаря четырехстопному ямбу с перрихиями послание поэта получается максимально простым и ясным, но в то же время убедительным. Парная рифмовка с точной мужской рифмой также значительно упрощает восприятие.

Раскрыть мысль, вложенную в произведение, Тютчеву помогают разнообразные художественные средства, такие как:

  • Метафоры – “встают и заходят оне”, “сердцу высказать себя”, “взрывая, возмутишь ключи”, “питайся ими – и молчи”, “есть целый мир в душе твоей”, “их оглушит шум”, “внимай их пенью”.
  • Эпитеты – “в душевной глубине”
  • Сравнение – “как звезды в ночи”, “мысль изреченная”, “целый мир”, “таинственно-волшебные думы”, “дневные лучи”.

Одна из строчек этого стихотворения – “Мысль изреченная есть ложь“- быстро стала афоризмом, а также – настоящим авторским кредо Тютчева, который считал, что только одиночество помогает поэту творить и сохранять искренность.

Средняя оценка: 4.6. Всего получено оценок: 94.

Будь в числе первых на доске почета

Источник: https://obrazovaka.ru/analiz-stihotvoreniya/tyutchev/silentium.html

Молчание. Сочинение по картине М. Нестерова

На картине очевиден пейзаж, пейзаж монастыря который находится на высоком холме поросшим кустами.

Не зная историю происхождения данного произведения, осмелюсь заметить что изображённый монастырь очень похож на один из монастырей Разанской области называющийся «Дмитриевским» название он своё получил в честь благословления в своих стенах Дмитрия Донского местными служителями, когда тот останавливался там во время своего похода на куликовскую битву.

Может быть именно этот монастырь или очень на него похожий и стал для автора картины прототипом изображённого в его произведении монастыря. Но пейзаж в данном произведении имеет второстепенную роль, основную ролевую функцию тут несут на мой взгляд персонажи, а именно два монаха ловящие рыбу удочками из небольших лодок.

Вечно обращённый своими куполами к небу монастырь и вечно трудящиеся и молящиеся его обитатели — монахи, простым своим сочетанием представлены в данном изображении. Подобному сочетанию автор и дал самое подходящее и много содержательное название «молчание».

Рыбная ловля как занятие само по себе обуславливается молчанием, но тут подразумевается молчание иное. Каждый из нас в минуты молчания естественно пролистает в голове много мыслей, как известно, если человек молчит он обязательно думает. Вот и наши персонажи тоже думают, и нам с вами как зрителям этой картины остаётся только предполагать или догадываться о чём думают эти монахи ловя рыбу?

Жизнь монахов очень не лёгкая, хоть и выбрана ими самими добровольно. Это постоянные труды и молитвы, если монах не занят трапезой или сном он всегда находится в труде или молитве. Это не невероятнейшая для простого человека самоорганизация, само отрешение и самодисциплина.

Это уникальная выносливость и терпение, это постоянное испытание самого себя на стойкость и спокойствие, и при всех этих нескончаемых испытаниях человек должен оставаться любящим и верным как Богу так и всем людям, сохранять в себе добро!

Я уверен у каждого из нас в жизни случаются такие моменты, когда нам хочется обратиться к Богу или хотя бы к людям которые посвящают вере свои жизни, что бы они нам указали на добро, открыли нам глаза и очистили наши часто путающиеся помыслы. Здесь в своей картине автор даёт нам возможность, пусть и «заочно» но встретиться с монахами. пусть они с нами не могут общаться с полотна, но обращённые к ним наши разумы найдут для себя ответы на некоторые вопросы.

Молчание. Молчание во время рыбной ловли и молчание во время таинств собственной души совершающей постоянную молитву, вот какой сопоставление представил нам в своём произведении автор, сопоставление мирского, примитивного с духовным и высшим. Как начальную ступень нашего бытия и бесконечное, будущее совершенство

Картина не имеет конечно же характер призыва, она не в коем случае не приводит какие то конкретные примеры на которые надо ровняться, тут нет героев, тут всего лишь персонажи, но она даёт нам возможность соприкаснуться с вещами, для многих нас может быть и не постижимыми, но к которым многие из нас стремятся. Слово «молчание» в данном произведение приобретает совершенно самостоятельный и оригинальный смысл, который я и попытался вам раскрыть в своей статье, спасибо!

Автор сочинения: Эдуард Ермолаев

Источник: http://design-kmv.ru/opisanie-kartin/molchanie-sochinenie-po-kartine-m-nesterova.html

Молчание

Молчание не есть тишина, тишина не есть молчание, и рассказ Леонида Андреева как нельзя лучше иллюстрирует, сколь громко иногда может греметь невысказанное слово.

Дальше спойлерато.

Фабула основана на реальных событиях, но андреев вдохнул столько деталей в рассказ, что от настоящей реальности он стал уже далёк. Дочка батюшки уезжает в Петербург, потом возвращается и по какой-то неведомой причине ложится в постель, тоскует и молчит. Это первое молчание.

Властный батька, вырастивший её в строгости и жёсткости, требует от неё ответа, но не добивается его и в отместку перестаёт с ней разговаривать. Это второе молчание. Когда девушка оканчивает жизнь самоубийством, попадья от горя превращается в немую куклу, которая только и может, что лежать и смотреть в потолок. Это третье молчание.

И все эти молчания, плюс невысказанность и недоговорённость, накопившаяся в поповском доме за долгие годы, сливаются в то самое оглушительное молчание, что сводит с ума.

Был ли батька причиной смерти дочери? Или это странное событие в Петербурге так её подкосило? Мы так и не узнаем, что же случилось и покончила ли бы она с собой, если бы отец не стал до неё докапываться. Но даже если бы существовала возможность, что она наложила бы на себя руки, не приставай к ней о.

Игнатий, всё равно в её смерти виновен был бы он. Как правильно заметила попадья — дочка-то вся в отца. И даже не в генах тут дело, а в воспитании. Сначала изводил её своей требовательностью, так что она слетела с катушек на вольной житухе в Петербурге и наделала того, что не следовала. Потом, опять же, скопировала батю, когда поняла свой косяк.

Замкнулась в своей гордыне, не желала признать ошибку, не смогла отпустить её и жить дальше. Что он поп без исповеди, что дочка такая же, яблоко от яблони. Уж о. Игнатий тут красавчик, без комментариев, описание хоть и даётся скупо, но представляется этот хитрый, властный, неприятный огромный мужичина с точностью до последнего волоска.

И сразу вспоминается Василий Фивейский того же Андреева…

Отец Игнатий страшен и тяжёл сам по себе. Пространство рассказа плавится от его плотности. Ступени скрипят, двери сминаются, потолки скребут по густой гриве волос, а стены — по широким плечам. Стоит представить его в комнате, как начинаешь чувствовать лёгкую клаустрофобию.

Генератор всего молчания в рассказе — он сам, но он никогда не сможет признать этого, хоть и чувствует подсознательно. Болтает без умолку целый день, а всё ему чудится, что не говорит ни слова.

Умершая дочь и умолкшая жена для него не так важны и страшны, как эта подвисшая слепым безмолвием нерешённая загадка, вопрос без ответа, который и тяготит его привыкшую держать всё под контролем душу. Поэтому и после смерти дочери он всё спрашивает, спрашивает, спрашивает её, даже надеется обмануть её.

Я старый и слабый, говорит этот человек, способный навалять толпе деревенских гопников одной левой. Ну скажи мне, ну скажи, ну скажи-и-и-и. Как будто дочка действительно может изменить ответ, который он и сам знает. Вот так просто — раз! — и даст ему ни за что ни про что прощение всех грехов совершенно бесплатно, словно он окна у стекольщика поставил, не заплатив.

Самое страшное, что этот холодный, полный безысходности рассказ, иллюстрирует вполне себе христианскую простую истину. Что посеешь, то и пожнёшь.

Отцу Игнатию симпатизировать не получается, потому что всё он это заслужил: и поседевшую бороду, и помутнение ума, и следящий за ним портрет и даже то самое молчание.

Вот только от осознания этого факта, как и после прочтения большинства рассказов Андреева, легче не становится. Становится только душно и как-то… Тихо что ли.

Источник: https://www.livelib.ru/work/1000942944/reviews-molchanie-leonid-andreev

Ссылка на основную публикацию