Брейгель «пасмурный день» описание картины, анализ, сочинение

                Создание цикла было важным  этапом в творчестве Питера Брейгеля, поставивших  его  в  один  ряд с лучшими  европейскими  живописцами  этой  эпохи. В 1565 году были написаны его знаменитые «Времена года». Показав людям ужасающие трагедии современной жизни («Триумф смерти» и «Безумная Грета»), Брейгель обратился к иной теме.

ЦИКЛ БРЕЙГЕЛЯ ВРЕМЕНА ГОДА

Цикл картин «Двенадцать месяцев», сюжеты которых основаны на часослове; первоначально содержал 6 или 12 картин, из которых сохранилось только 5:

1. Жатва, 1565. Музей Метрополитен, Нью-Йорк

2.Возвращение стада, 1565. Музей истории искусств, Вена 

3 Сенокос, 1565. Дворец Лобковица в Пражском Граде, Прага

4.Охотники на снегу, 1565. Музей истории искусств, Вена

5 Сумрачный день, 1565. Музей истории искусств, Вена

            Брейгель чувствовал, что должен дать зрителю возможность увидеть красоту мира и его гармонию.

 Работе над этой серией пейзажей, изображающей полный годовой цикл изменений природы, Брейгель посвятил весь 1565 год.

«Месяцы» были созданы по заказу антверпенского богатея Николоса Ионгелинка, видного коллекционера произведений искусства, в собрание которого уже входили полотна Брейгеля «Вавилонская башня» и «Несение креста».

           К своей коллекции Ионгелинк относился сугубо практически — как к удобному средству вложения денег (что, впрочем, было вполне обычным делом в среде нидерландских собирателей картин). Когда художник еще только начинал работу над «Месяцами», заказчик уже распорядился их судьбой:

            22 февраля 1565 г. Ионгелинк передал всю свою коллекцию антверпенской городской казне в обеспечение крупного денежного займа, взятого им у города. Ионгелинк так и не выкупил свой залог, и лучшие картины Брейгеля оказались запертыми в городском казнохранилище на долгие .

      Этот цикл на протяжении многих лет вызывает бурные дебаты исследователей. Искусствоведы не могут сойтись во мнении о количестве картин, которые первоначально входили в серию по замыслу автора.

       В картинах цикла Времена года Брейгель начинает выводить на передний план фигуры людей. В большинстве случаев это крестьяне, занятия которых определяются временем года. Таким образом, Брейгель позиционирует человека как часть природы.

 Все пейзажи автора поражают своим величием, но при этом они на удивление уютны. Брейгель смог отлично передать атмосферу Нидерландов. Да и вообще, у художника был талант преподносить самые простые вещи как настоящее чудо.

  • Первую картину ,которую мы разберём будет ЖАТВА.
  • Брейгель
  • Питер Брейгель Старший ЖАТВА ,1565г.

                        Действие «Жатвы» происходит на фоне широкого пространства с пологими холмами. Все вокруг дышит покоем: поля, покрытые золотистыми колосьями, зелень деревьев, дома, виднеющиеся вдали, ровная поверхность морского залива с силуэтами парусников.

            Кажется, что воздух звенит от зноя, — настолько осязаемо переданы художником приметы жаркого дня, нечастого для холодной северной страны. Ничто не нарушает спокойной, размеренной работы жнецов и их отдыха.

       В то же время в изображении людей, расположившихся в тени под деревом, чувствуется некоторый скептицизм автора. Запечатлев картину мира и гармонии, Брейгель как будто до конца не верит в возможность безоблачного человеческого счастья. Отсюда и легкая насмешка мастера над своими героями .

 Брейгель

«В «Жатве» все подчиняет себе поле — золотисто-желтое на солнце, бронзовое в тени.

             Часть поля уже скошена, на другой еще работают косцы. Жарко. Они сняли куртки и остались в белых рубахах, а кувшин с водой спрятали в тень. Они идут навстречу друг другу. Согласованность шага и взмаха, стремительного и упругого разворота, широта привычного движения переданы с поражающей естественностью.

             Глядишь на их работу, и она кажется простой и легкой, как дыхание. За обманчивой этой легкостью — годы привычки, годы трудной работы, вековой опыт отцов и дедов.Вот так и художник. Кажется, что фигуры косарей написаны безо всякого труда, кажется, что написать их иначе невозможно.

 Водонос

             По выкошенной тропинке устало шагает косарь. Руки его тяжело опущены, плечи ссутулились, голова склонена. Сейчас он опустится на землю рядом с обедающей под деревом семьей.

Ему нальют в плошку молока, отрежут хлеба, и он будет с наслаждением откусывать хлеб и черпать ложкой молоко, а потом растянется в тени, где уже спит, подложив куртку под голову, его сосед или брат.

Брейгель

Отдыхающие крестьяне. Они едят кашу, фрукты, хлеб, сыр, пьют воду из кувшинов. Кто-то спит

  1. Брейгель
  2. Брейгель
  3. Кстати, обратите внимание на то, как в 16 веке делали ширинки .

 Брейгель, как всегда, уделяет внимание мельчайшим деталям — вот как прорисованы васильки на полеДерево символизирует продуктивность природы. Посмотрите, как подробно все прорисовано, даже птицы!

Брейгель

              На этом фрагменте картины «Жатва»  (1565) изображена популярная забава среди детей и подростков 16–18 вв.  под названием «Закидывание петуха» (. Цель игры — не забить птицу, а максимально её изувечить. Бросали не просто палки, а специальные утяжеленные биты .

          Философ–гуманист Томас Мор  в своем стихотворении о детстве, перечисляет среди игрового инструментария: волчок с кнутиком, шар, кольца для метания и петушиную биту.Уже в середине 17 в. в Бристоле протестанты пытались запретить эти жестокие затеи (равно как и «Метание кошек и собак»), которыми традиционно сопровождался «Покаянный вторник» — начало Великого поста.

  •               У Брейгеля изображен вариант не с привязанным петухом, а с подвешенным гусем (goose quailing или squailing — дословно: запугивание гуся) и не на весенний покаянный день, а уже на жатву, а может просто — вышли порезвиться в тихий летний вечер.
  • Жестокие всё же были игры.

Дальний план1. Небольшой домик  в поле, дорога, по которой идут люди и катится повозка 

2. Так любимые Брейгелем корабли — жизнь в Антверпене не прошла для него мимо. Видимо, именно поэтому на многих его картинах вы видим корабли, стоящие на якоре в бухте

3. Небольшой хутор, где хозяйка загоняет скотину домой

4. Замок, которые так же часто, как и корабли, встречаются на полотнах Брейгеля, символизируют знать и воинов. Около замка раскинулся сад, из которого сторож гонит воришек, в то время, как рабочий собирает плоды, стоя на лестнице у дерева

5. Купающиеся монахи. Повозка с соломой.

 Уборка хлеба, у ручья на краю поля стоит кувшин, скорее всего это тоже место отдыха, так как там ещё и расстелено что-то, видимо, одеяло. Женщины уносят снопы Справа виднеются за деревьями дома деревни и церковь Дети собирают яблокиКоторые падают на землю благодаря вот этому человеку — он специально залез на яблоню и что есть сил трясет её

            Неизвестно, где родился Брейгель, но он часто бывал в сельской местности и хорошо знал крестьянскую жизнь. Она была для него постоянным источником вдохновения, за что он и получил прозвище «Мужицкий». Умевший беспощадно обнажать дурные стороны человеческой природы, Брейгель изображал крестьян с симпатией и любованием их трудом и отдыхом.

   Здесь, как и в остальных произведениях цикла, подчеркнуто то равновесие природы и человека, которое достигается только достойной жизнью. К выводу о том, на каком договоре между человеком и природой — читай Богом — держится мир, Брейгель ненавязчиво подводит своей картиной.

Источники.

http://www.liveinternet.ru/community/1726655/post317905011/

http://muzei-mira.com/kartini_gollandia/393-zhatva-piter-breygel-starshiy.html

http://history-of-art.livejournal.com/514356.html

http://cheger.livejournal.com/511735.html

Источник: https://maxpark.com/community/6782/content/5044166

Сочинение по картине Левитана Осенний день. Сокольники описание для 5, 8 класса

Брейгель

Пейзаж “Осенний день. Сокольники” написан великим русским художником Исааком Левитаном в 1879 году во время ссылки. В то время молодой художник был вынужден уехать из Москвы. Грусть и ностальгия обволакивают картину, посвящённую любимому парку Сокольники.

На переднем плане изображена фигура женщины, прогуливающейся по осеннему парку в пасмурный день. Создаётся впечатление, что она движется к нам навстречу. Тропинка, по которой женщина идёт, убегает вдаль. Длинное тёмное платье стройной прогуливающей женщины развевается на ветру в пустынном парке.

 Она идёт из глубины аллеи, усыпанной жёлтыми листьями. Эти осенние листочки, сметённые ветром к краям тропинки, кажутся шуршащими. Вдоль дорожки изображены молодые невысокие и пожелтевшие деревья. Они создают контраст старым высоким и могучим зелёным соснам парка. Их тёмно-зелёный цвет создаёт ощущение мрачности во время приближения дождя.

По серому небу плывут белые хмурые облака.

Бесконечное пространство неба и высокие могучие сосны противопоставляются маленькой одинокой фигурке. Изображённая фигурка женщины выступает центральным элементом. Она не вытесняет красоту осенней природы, а гармонично её дополняет.

Когда смотришь на картину, то ощущается движение в каждом мазке художника. Верхушки сосен слегка наклонены. Они как будто качаются на фоне серого неба. Плывущие облака спешат куда-то перед дождём.

Трава изображена ещё зелёной, но неяркий цвет подчёркивает, что природа постепенно переходит к золотому осеннему периоду. Размытые краски на полотне придают воздушность пейзажу. Создаётся ощущение, что можно услышать порывистые движения ветра и шорох осенних листьев.

Холодные цвета доминируют над тёплыми, поэтому картина вызывает грусть. Контраст между маленькой фигуркой и неспокойной, тревожной, а также величавой природой также способствует возникновению этого чувства.

Описание для 8 класса

Внимательно посмотрев на картину Левитана, можно заметить стройную женщину, идущую вдоль парковой тропинки.

Справа и слева растут молодые клёны, их стволы тонко прогнулись, а хрупкие ветки украшены золотистыми листочками. За ними возвышаются огромные, старые деревья – могучие, задумчивые, неподвижные сосны. Сильного ветра нет.

И заметно, что на ней запечатлена середина октября. Мы видим аллею парка, но он не украшен клумбами.

Дорожка убегает вдаль, разделяя картину на две части. Справа стоит небольшая скамейка. По краю дорожки лежит опавшая жёлтая листва. Небо серого, хмурого оттенка. Создаёт унылое настроение.

Нет лучей, играющего золотистого солнца. Деревья не на главном фоне тоже в тёмных тонах. Кажется, собирается дождь или недавно намочил всё вокруг.

Чувствуется сырой воздух, но всё же, это лучшее время, по – сравнению с пустой, холодной зимой.

Походка таинственной женщины быстрая, возможно, она спешит, чтобы не промокнуть под дождём. Женская фигура как бы приближается к нам. Одинокая дама, почему-то в чёрном наряде? Может быть, это модное платье или траурный наряд?

Одной рукой она придерживает подол платья, чтобы не испачкать. А другую белую руку, прислонила к своему лицу. Наверно, что – то тревожит её. Но, всё же она прекрасна, как сама природа.

Художник хотел подчеркнуть, что в каждом времени года есть своя неповторимая красота. И запечатлеть на полотне ещё не совсем облетевшие листья и красоту золотой осенней поры.

В сочетании красок заметно тревожность в чувствах художника, вынужденного покинуть Москву. Краски тёмные и серые, а тропинка уходит вдаль, в неизвестность. Оттенки неба серовато — голубые. Как бы продолжая вопрос, а что будет дальше? Настроение сравнивается с данным осенним днём, когда лежат спокойно листья, а деревья роняют, постепенно, свой драгоценный наряд.

Задумчивость незнакомки сопоставлена озадаченности природы – красавицы, тоже в тёмном, мрачном, холодном наряде. Она задумалась и молчит. Давая повод, задуматься и нам о предстоящем наступлении холодов, после прекрасного, яркого, знойного, тёплого лета.

Левитан – художник, любящий передавать красоту русской природы, поразил всех красотой данной работы, создав её ещё в студенческие годы!

Вариант 3

На самом деле изначально картина Осенний день. Сокольники не включала в себя фигуру женщины, хотя, когда смотришь на эту картину, именно фигура женщины кажется центральной. Тем не менее, сам Левитан не изображал людей, а предпочитал пейзажи, но людей мог дорисовать другой художник и тут, например, этим занялся брат писателя Чехова, который и изобразил женщину.

Таким образом, условно говоря, перед нами как бы две картины: одна – изначально левитановская, которая включает в себя только пейзаж, вторая – картина с женщиной, которая прогуливается в Сокольниках.

Конечно, мысли относительно каждого сюжета появляются совершенно разные. Если брать чистый пейзаж, то там центром композиции, пожалуй, является один из низких кустов, который стоит у дороги и как-то особенным образом высветляется художником.

Центральную часть композиции занимает дорога – фундаментальный символ для всего русского искусства, да и человечества в целом. Сочетание дороги и осеннего дня дает символику размышления о прожитых днях, о жизненном пути и том, куда этот путь ведет. Осень – период своеобразной тоски и подведения итогов, сам этот период навевает определенный склад мыслей.

Если мы смотрим на картину в своем полном варианте, то есть с женщиной, то видим фигуру человека, который идет по этой символической дороге жизни и идет в одиночестве. Этот факт имеет также довольно существенное значение, ведь в конечном итоге каждый идет в одиночестве и порой только осенью эта мысль становится понятной.

Читайте также:  Тропинин "золотошвейка" описание картины, анализ, сочинение

Одинокая женщина гуляет по Сокольникам, о чем она размышляет и каким мечтам предается? Картина, безусловно, навевает атмосферу задумчивости и обращает в созерцание.

Подобно тому как дорога идет между двумя стенами хвойного леса из столетних деревьев, так устремляется и сознание зрителя, в какую-то далекую и сконцентрированную мысль.

Зритель смотрит вперед и уходит этой мыслью как бы в дорогу, которая длится и длится и уходит в далекую перспективу.

Левитан умеет писать с виду простые пейзажи, которые, тем не менее, становятся чем-то большим.

Изображаются довольно понятные и простые феномены природы, но за ними кроется какая-то глубина и разнообразный смысл, который начинаешь постигать, только если сосредоточенно смотришь на картину.

В этом и заключается величие и мастерство настоящих творцов, которые умеют использовать простые и понятные символы, распространенные феномены, которые становятся чем-то большим, рассказывают о чем-то большем и бесконечно значительном.

5, 8 класс

Описание настроения картины Осенний день. Сокольники

Брейгель

Популярные сегодня темы

  • Сочинение по картине Стрекоза Репина 6 класс
    Свои многочисленные картины Илья Ефимович Репин посвящал простым людям, их жизни и быту. Он очень много экспериментировал с жанрами, темами, стилями и техникой. Отдельное место занимают портреты родных и любимых людей
  • Сочинение по картине Врубеля Демон поверженный
    Картина Демон поверженный была написана в 1901 году. На ней изображён демон, который был побежден и теперь беспомощно лежит в ущелье. Тело отказываются служить ему, а крылья разметались
  • Сочинение по картине Лемоха Бабушка и внучка
    С первого же взгляда картина Кирилла Лемоха «Бабушка и внучка» погружает нас в темноту обычной комнаты 19 века. Два светлых пятна – это лица пожилой женщины и девочки
  • Сочинение по картине Охотники на привале Перова 6, 8 класс
    При первом же взгляде на картину В.Г. Перова «Охотники на привале» внимание приковывают трое мужчин, которые сидят кругом и о чем-то разговаривают. Среди них выделяется самый старший и, видимо
  • Сочинение по картине Шибанова Празднество свадебного договора
    Глядя на полотно «Празднество свадебного договора» окунаешься в период давно ушедшего времени. На полотне изображена довольно обеспеченная крестьянская семья, которая выдает свою дочку замуж. Поэтому каждый зритель понимает насколько это важный

Источник: https://sochinimka.ru/sochinenie/po-kartine/levitan/osennij-den-sokolniki-opisanie-5-8-klass

Сочинение по картине Пасмурный день — Питер Брейгель

Брейгель

Живописцам до Брейгеля природа представлялась вечно длящимся летом. Брейгель первым научился передавать смену времен года и связанные с ней перемены в жизни человека.

Перед нами сумрачный пейзаж ранней весной. На первом плане — поросший деревьями холм. Очевидно, здесь прошла буря — это она повалила дерево справа, и теперь оно словно охватило ветвями вершину холма.

Крестьяне срезают обнаженные ветки деревьев и собирают их в вязанки. Здесь же двое взрослых и мальчик в бумажной карнавальной шапке, с фонарем в руке. К его поясу подвешен колокольчик.

Само присутствие крестьян, их деловитые, уверенные движения оживляют эту мрачноватую местность, снимают ощущение суровой бесприютности, наполняют пространство человеческим теплом.

Под холмом — деревня с постоялым двором и церковью. Домики, крытые соломой или черепицей, скучились, стоят близко друг к другу, словно охраняя тепло и уют каждого из них. Между домами стоят голые невысокие деревца.

Деревенская дорога покрыта непросохшей грязью. За деревней на равнине раскинулся сад.

На вершинах и в расселинах далеких гор лежит снег. Сквозь темные рваные ночные облака проступает холодный утренний свет. Он создает тревожные, резкие контрасты освещенных и затененных частей.

Если на первом месте затишье после бури, то вдали все наполнено волнением. Резко изгибаясь, течет бурная полноводная река. Кажется, что вот-вот она выйдет из берегов.

Река впадает в холодное, неприветливое море. Волны бьются о дамбу, и вдоль берега образуется белая пена.

С берега люди со страхом смотрят в море, но тут же, в море, выступает плотина — это след успешной борьбы человека со стихией. Равнина здесь покрыта широкими дорогами, узкими тропинками. Вдоль берега стоят добротные жилые дома.

(1

Источник: https://kartiny.rus-lit.com/brejgel-piter/pasmurnyj-den-piter-brejgel/

Описание картины "После дождя. Плес" Левитана: анализ, материалы для сочинения

Главная страницаСочинения по картинам

Брейгель
«После дождя. Плес».
И. Левитан

Исаака Левитан — один из самых известных русских художников-пейзажистов. В этой статье представлено описание картины «После дождя. Плес» Левитана: анализ произведения, материалы для сочинения.
Смотрите: Описание других картин Картина «После дождя. Плёс» была написана И. Левитаном в 1889 году. Картина размером 80 × 125 см выполнена маслом на холсте. Картина «После дождя. Плёс» находится в Государственной Третьяковской Галерее. На картине изображен берег Волги в пасмурный день. После дождя небо еще затянуто облаками, река неспокойна и покрыта рябью. В центре картины у берега мы видим деревянные баржи и небольшие рыбацкие лодки. Слева на заднем плане изображен пароход, плывущий по Волге. Справа на заднем плане виднеются дома и церковь с синими куполами. Значительную часть картины занимает небо, выполненное в серо-голубых тонах.

Описание картины «После дождя. Плес» из книги «Русское изобразительное искусство»:

«Решающее значение для окончательного формирования художника имели четыре поездки на Волгу, последовательно предпринятые им в 1887—1890 годах после завершения обучения. Интимно-лирическое изображение природы влечет за собой опасность субъективизма. «Пейзаж настроения» приобретает право на серьезное значение для искусства лишь при условии, если мастер сумеет через сугубо личные переживания выразить настроения, характерные для большинства людей и для народа в целом. Общение с величавым пейзажем реки, с которой так много было связано в национальных чувствах народа, помогло Левитану преодолеть эти опасности. Серия волжских картин— «Вечер на Волге» (1887—1888), «Вечер. Золотой Плес» (1889), «После дождя. Плес» (1889), «Тихая обитель» (1890) — принесла автору избрание в члены Товарищества передвижников и всероссийскую известность.» (И. И. Пикулев, «Русское изобразительное искусство», 1977 г.)

Описание картины «После дождя. Плес» из книги «Русский пейзаж»:
«Глубокий психологизм — очень важная черта творчества художника. Настроение, которое он создавал в своих пейзажах, многогранно. В гамме чувств и эмоций Левитана ощущается перекличка с лиризмом Серова и, возможно, предвещает многое из того, что развилось в пейзажном творчестве «Союза русских художников».

Собственно говоря, лирическая доминанта как содержательно-пластическая идея возникла у Левитана еще в конце 1880-х годов в картинах «Вечер на Волге» (1888) и «После дождя. Плес» (1889). Она развивалась и обрела психологическую остроту в картинах «Тихая обитель», «Вечерний звон», «Вечер. Золотой Плес» и т. д. Время наполняло ее разными значениями, меняло ее психологический тонус. 

Поэтому фазы творчества Левитана нельзя понимать как логическую смену одних образов другими. Эти образы постоянно пересекаются во времени, перемежаются, взаимообогащаются, взаимопроникают. И все же, хотя трудно очертить границы этапов, ясно, что время ставило на произведениях художника свою специфическую печать.» (В. Манин, статья о Левитане из книги «Русский пейзаж», 2004 г.)
Описание картины «После дождя. Плес» из книги Н. С. Шер «Исаак Левитан»:
«Все лето Левитан был в светлом, приподнятом настроении. Работал много, делал наброски, этюды — живописные записи будущих картин. И не успевал кончить одну картину, как тотчас же начинал другую. Вот картина «После дождя. Плёс». …Только что над маленьким волжским городком прошел дождь В воздухе еще чувствуется влажность. Расходятся тучи, начинает пробиваться солнце, и под первыми, несмелыми его лучами поблескивают крыши домов, чуть поникли омытые дождем прибрежные кусты, темнеют у берега баржи, рыбацкие лодки. Где-то очень далеко плывет пароход. Над рекой, над городом серебристо-серое небо с разорванными облаками. И невольно думается: какая даль! Как чудесно удалось Левитану преодолеть широту волжских просторов, как живописно, свободно написана картина!»

(Н. С. Шер, «Исаак Левитан»)

Это было описание картины «После дождя. Плес» Левитана: анализ произведения, материалы для сочинения.

Смотрите: Описание других картин русских художников

Источник: https://www.literaturus.ru/2016/09/posle-dozhdja-ples-levitan-opisanie-sochinenie.html

Питер Брейгель Старший. "Охотники на снегу"

Питер Брейгель Старший. «Охотники на снегу»1565 г. Дерево, масло, 117х162 см.Художественно-исторический музей, Вена

Вновь холодно. Земля твердеет, подмерзая.Роясь пушинками, вновь первый снег идетИ по навесам крыш соломенных кладетСвои подушечки, свисающие с края.

Эмиль Верхарн. «Зимой».

Надеюсь, многим памятна сцена из фильма Андрея Тарковского «Солярис» (1973 г.). В кают-компании космического корабля висит репродукция картины Питера Брейгеля Старшего «Охотники на снегу». Ее внимательно рассматривает героиня фильма, внешне — прекрасная девушка, по сути – фантом, порождение планеты Солярис.

Камера подолгу задерживается на деталях картины, и кажется, что зимний пейзаж вот-вот оживет: зазвучат голоса конькобежцев, хрустнет снег под ногой охотника, залает собака… А в странном создании, не ведающем, что такое Земля и населяющие ее люди, пробудятся в ответ человеческие чувства.

Тарковский сделал символом нашей цивилизации картину с обыденным, ничем не примечательным сюжетом — зимний день, деревня, охотники возвращаются домой, — и завороженный зритель безоговорочно ощущает точность режиссерского выбора.

Как же добивается Брейгель того, что из мелких деталей быта складывается всеобъемлющая картина Бытия, что уголок заснеженной земли превращается в планету Земля и, словно капля воды, отражающая небосвод, вмещает в себя весь мир.

Картина «Охотники на снегу» входит в цикл «Времена года» или «Месяцы». Брейгель работал над ним в 1565 году по заказу Николаса Ионгелинка, финансиста и коллекционера живописи из Антверпена. Картины цикла, скорее всего, первоначально предназначались для украшения дома, но заказчик распорядился ими иначе. Цикл еще не был завершен, а Ионгелинк уже передал всю свою коллекцию работ Брейгеля (по документам 16 произведений!) городской казне Антверпена под залог крупного займа, а потом так и не выкупил. Ни сам художник, ни его современники больше не увидели этих картин. Несколько десятилетий они были заперты в городском казнохранилище, а когда «Времена года» снова стали доступны публике, загадкам не было конца. Из всего цикла уцелело пять картин: «Охотники на снегу», «Пасмурный день», «Возвращение стада» (все – Художественно-исторический музей, Вена), «Сенокос» (Национальная галерея, Прага) и «Жатва» (музей Метрополитен, Нью-Йорк). Сколько же всего картин написал Брейгель: шесть — на каждые два месяца по картине — или двенадцать? И соответственно, сколько работ утрачено: одна или (невыносимая мысль!) целых семь? А возможно, цикл и вовсе не был завершен? Ведь создать всего за год двенадцать сложнейших для исполнения крупноформатных картин — задача почти непосильная даже для такого мастера, как Брейгель!

Не одно поколение историков искусства пыталось реконструировать брейгелевский замысел, вглядываясь в каждую деталь пяти оставшихся картин.

Подсказок более чем достаточно, ведь цикл Брейгеля продолжает средневековую традицию иллюстрированных календарей, в которых каждому месяцу года соответствует миниатюра с изображением характерных для этого времени занятий.

Так, например, фигура косца обозначает июнь, жнеца – август, возвращающееся с дальних пастбищ стадо – ноябрь, сцена пира или охоты – январь. Кажется, что, сопоставляя сюжеты брейгелевских картин с миниатюрами из календарей, мы с легкостью проникнем в замысел художника. Но это далеко не так.

Три картины – «Сенокос», «Жатва» и «Возвращение стада» — несомненно, соотносятся с месяцами июнем, августом и ноябрем. Это аргумент в пользу того, что картин было двенадцать. С «Пасмурным днем» все не так просто: мы видим здесь и сценку праздника масленицы (февраль) и людей, подрезающих деревья (традиционно – март).

То же и с «Охотниками»! Обратите внимание на группу слева: крестьяне развели огонь, чтобы освежевать тушу свиньи. Подобный сюжет соответствует в календарях декабрю. Но главная сцена — зимняя охота — свидетельствует о том, что картина посвящена январю.

Итак, каждая из этих картин, похоже, соответствует двум месяцам, а значит, правы историки искусства, убеждающие нас в том, что картин было лишь шесть. Точка в этом споре вряд ли будет поставлена, поэтому не удивляйтесь, когда один искусствовед будет уверенно называть картину «Охотники на снегу» открывающей цикл (январь), другой, не менее уверенно, – завершающей (декабрь), а третий – «открывающе-завершающей» (декабрь-январь).

Пасмурный день

Композиционно картины построены сходно: на переднем плане, в левом или правом нижнем углу, мы видим невысокий холм, на нем — несколько крупных фигур. Дальше расстилается долина с деревеньками, полями, перелесками, реками, а замыкают перспективу горы.

Скучноватым равнинам родных Нидерландов художник предпочел гораздо более выразительные альпийские панорамы (известно, что едва ли не самым ярким впечатлением Брейгеля от путешествия в Италию было знакомство с Альпами).

Каждый из этих пейзажей хорош по-своему, но все же «Охотники» — наиболее значительное среди известных нам произведений цикла.

Ощущение безграничного простора, которое присутствует во всех пяти работах, в «Охотниках» особенно сильно: пространство, открывающееся нам в этой картине, явственно ощущается как часть бесконечного целого.

Читайте также:  Айвазовский "петр i при красной горке" описание картины, анализ, сочинение

Нетрудно заметить, что зритель, вслед за художником, смотрит на землю с большой высоты: так видит мир парящая в поднебесье птица или человек, поднявшийся на высочайшую вершину. В то же время очевидно, что художник помещает зрителя за спиной у охотников, то есть на небольшой возвышенности, спускающейся к запруде. Увидеть отсюда всю долину, конечно, невозможно, но в мире Брейгеля властвуют свои законы. Художник плавно совмещает ближний и дальний планы, поэтому у нас и возникает ощущение всеохватного простора.

Новые сюрпризы преподнесет картина, если мы проанализируем ее композицию с точки зрения перспективы. Вы не найдете в «Охотниках» безупречно правильных перспективных построений! Посмотрите на заснеженные крыши, проглядывающие за древесными стволами: здесь нет ни одной прямой линии, крыши слегка вогнуты, как вогнуто и все пространство картины.

Тщательный анализ убедил историков искусства в том, что брейгелевский пейзаж едва заметно деформирован, как будто написан на внутренней поверхности огромной чаши, поэтому он магнетически «втягивает» взгляд зрителя, поэтому и возникает волшебный эффект нашего участия в происходящем

СенокосВся сложнейшая композиция картины подчинена общей цели – увести нас за край земли, за горизонт. Охотники и собаки словно «вступают» в картину слева и идут по свежему снегу вперед. Их движению в глубь картины вторит ритм чередования древесных стволов (здесь, кстати, тоже все не так просто с перспективой – деревья расположены довольно близко друг от друга, но перспективные сокращения очень резкие, как если бы между деревьями были гораздо большие расстояния). Линию деревьев продолжает дорога, манящая взор еще дальше – к альпийским пикам. Эту пересекающую картину слева направо основную диагональ поддерживает множество других линий: контуры заснеженных островерхих крыш, очертания пологих холмов и крутых горных склонов. Особенно важна перекличка «крыши – горы», связующая большой мир природы с малым миром людей.

Как это характерно для Брейгеля, «Охотники» — очень «густонаселенная» картина. Немало времени надо провести перед ней, чтобы рассмотреть не только охотников с собаками и группу крестьян у костра, но и все прочее, что происходит в деревне этим зимним днем.

По дороге, утопая в снегу, тащится запряженная в телегу лошадь, заполнены людьми катки, через мост идет человек с вязанкой хвороста, внизу справа притаился охотник на птиц, а слева от дороги, за церковью, тушат горящий дом. Нельзя не удивляться тому, с какой точностью передает художник движения и позы даже самых отдаленных фигур.

Мы чувствуем, как ступают по глубокому снегу усталые охотники, угадываем повадку и характер каждой из собак, можем судить о том, насколько уверенно или, напротив, неуклюже, держатся на льду конькобежцы, ощущаем, как преодолевает сопротивление воздуха взлетевшая птица.

Сдержанный фон — белый снег и зеленовато-серый лед – подчеркивает силуэты фигур, не дает упустить ни одной выразительной черточки.

Жатва

В сравнении с необъятной долиной и неприступными горами люди кажутся крошечными, художник намеренно подчеркивает этот контраст. И тем не менее, пространство брейгелевской картины соразмерно человеку.

Он мал, но ни в коем случае не мизерен, не ничтожен — ведь его повседневные заботы и радости сопряжены с величественной жизнью природы, с вековечной сменой времен года. Брейгель продолжает традиции средневековых календарей не только формально, но и в более глубоком смысле.

В своем ставшем уже классическим труде «Категории средневековой культуры» Арон Гуревич описывает иллюстрированный календарь как «новый по своему смыслу жанр — земная деятельность человека совершается перед лицом небесного мира и как бы включается в единый гармонический ритм природы».

Называя такое календарное восприятие времени «сельским» или «природным», Гуревич поясняет: «Человек эпохи Средневековья относился к природе как к продолжению себя самого, и, хотя он и не сливался полностью с природой, но и не противопоставлял себя ей».

Но позвольте, справедливо заметит читатель, ведь картина написана во второй половине 16-го века! Характерное для Средневековья единение человека и природы, малого и великого миров, подчиняющихся общим законам, воплотил в своей картине художник позднего Возрождения – эпохи, когда индивидуализм уже в полной мере выступил как великое созидательное начало. Ренессансный человек, осознавший свою самодостаточность, ощущал себя уже не частицей, а центром мироздания, и за это обретение собственного «я» расплачивался неминуемой утратой прежней гармонии. Естественное единение с природой сменилось активным, творческим к ней отношением: ее познают, изучают, раскрывают ее тайны, с ней соревнуются, наконец – ее преобразуют. Конечно, мы должны иметь в виду, что в Северной Европе, в том числе и в Нидерландах, культура Ренессанса сохраняла многое от Средневековья, но все же, как сочетаются в «Охотниках» следование средневековой традиции и ренессансное мировосприятие? В чем проявляется ренессансный дух картины?

Возвращение стад

Ответ – в присутствии авторского «я», в том особом взгляде, который отличает этого и только этого художника, в его отношении к изображаемому. Мы уже видели, как решительно Брейгель преобразует реальность в композиционном построении картины.

Добавим к этому, что Брейгель, которого по праву считают одним из основателей пейзажного жанра в европейской живописи, смело осваивает новые для своего времени мотивы. Он открывает зрителю праздничную белизну свежего снега, дает почувствовать скромную прелесть северной зимы.

Всем очевидна красота цветущего луга или усыпанного розами куста, но красоту тонких ветвей на фоне сумрачно-серого неба, готового обрушиться новым снегопадом, впервые запечатлел Брейгель. А кустик на переднем плане – в нем нет совершенно ничего примечательного, но художник превратил эти невзрачные древесные побеги в изысканный узор.

Наконец, увидев четкий силуэт человека или собаки на чистом снегу, мы и сегодня восклицаем – да это же настоящий Брейгель!Для того чтобы понять, как далеко ушел Брейгель от своих предшественников, еще раз сравним его «Времена года» с традиционными календарными миниатюрами.

Обычно календарь входил в состав Часослова (богато иллюстрированного сборника молитв, приуроченных к определенным церковным службам) и имел ясное практическое назначение. В календаре указывались церковные праздники, сообщались сведения по астрономии и астрологии, а кроме того, счастливый владелец Часослова каждый месяц рассматривал новую «картинку».

В брейгелевском цикле, каким он был задуман, все месяцы являются зрителю одновременно; картины складываются в грандиозную панораму вечно меняющегося ландшафта. Живописным календарем Брейгеля нельзя пользоваться, по нему нельзя сверять время, но, глядя на него, можно бесконечно размышлять о глубинных связях человека с природой.

Средневековый иллюстратор ощущал свою причастность к тому миру, где жить в согласии с природой было так же естественно, как дышать, где даже не возникала мысль о том, что может быть иначе. Брейгель — уже не просто искусный мастер, а художник – видит этот мир со стороны, сквозь призму своих чувств.

Он любуется им, изображает его идиллически светлым и гармоничным, но уже не принадлежит ему. Он — сын иной эпохи, когда представления о месте человека на земле были уже вовсе не так очевидны, когда были поставлены многие мучительные вопросы, на которые мы ищем ответы до сих пор. И картина «Охотники на снегу» вселяет в нас надежду на то, что счастливое единение человека со всем сущим все-таки достижимо. 

Источник: https://history-of-art.livejournal.com/897261.html

Сочинение по картине В. Е. Маковского “В жаркий день”

Знойный летний денек. Всех людей мучает жара. Где спрятаться? Куда пойти?

Конечно, большинство предпочитает идти к водоемам: купаться, загорать, ловить рыбу.

Один из таких моментов запечатлел на своем полотне “В жаркий день” непревзойден­ный мастер бытовой живописи конца XIX – начала XX века, продолжатель традиций В. А. Тропинина, А. Г. Венецианова, В. Г. Перова и П. А. Федото­ва – В. Е.

Маковский. Живописец прославился тем, что обладал талантом проникновения во внутренний мир каждого изображаемого им человека, умел под­мечать самые тонкие

движения души, чувствовал оттенки отношений между людьми, улавливал их индивидуальные реакции на происходящее в жизни.

Способность В. Е. Маковского выражать все это с помощью художественных средств считается кри­тиками одной из самых сильных сторон в искусстве живописца.

На залитой солнцем картине “В жаркий день”, написанной художником в 1881 году, перед нами предстает семья из пяти человек, которая в зной­ный летний день отправилась на природу к озеру ловить рыбу и отдыхать.

Ближе всего к зрителю стоит мальчик лет десяти-одиннадцати. Он одет в светлый гимназический костюм бежевого цвета – длинные штаны и рубашку с темными пуговицами, которая подпоясана темным широким ремнем.

На ногах у мальчика коричневые сапоги.

Голова покрыта кепкой в цвет костюму. Наверное, ее заботливо одела на мальчика мама, оберегая своего сына от солнеч­ного удара в этот жаркий день. Мальчик увлеченно ловит рыбу.

В его позе чувствуется напряжение. Ру­ки крепко держат деревянную самодельную удочку. Лицо серьезное и сосредоточенное.

Взгляд прикован к красному поплавку, мирно покачивающемуся на воде. Все внимание подростка устремлено в водоем: “Вдруг сейчас клюнет рыбка?”

Чуть дальше от мальчика на деревянной скамейке расположилась его семья. Старший брат одет в такой же светло-бежевый костюм – длинные штаны и ру­башку со светлыми пуговицами. Костюм подпоясан черным ремнем. Молодой человек обут в длинные черные сапоги.

Его каштановые короткие волосы не покрыты кепкой. Солнце светит прямо в глаза и припекает голову. Он прищурил глаза от яркого солнца, сморщил лоб и нос. Мальчик изнывает под палящими лучами солнца.

Только местами на него падает тень от расположенных над ним веток дере­вьев. В руках подросток держит деревянную удочку. Заметно, что он меньше брата увлечен рыбалкой.

Сидя на лавочке, скрестил ноги, правой рукой лениво держит удочку, левая свободно расположена вдоль тела. Видно, что мальчик не увлечен ловлей, вероятно рыба совсем не клюет, и процесс уже на­скучил молодому человеку. Он лениво расположился на лавочке, его тело расслаблено.

Чувствуется, что молодой человек изнывает от жары и очень устал. Слева от мальчика на траве стоит большое черное ведро с пойманной рыбой. На скамейке виднеется маленькая белая коробочка, вероятно, с наживкой – червяками.

На спинке лавочки висит ярко-красное покрывало.

Рядом с мальчиком на скамейке расположились его младшая сестренка и мама.

Девочка с каштановы­ми волосами лет шести-семи одета в гимназическую форму: платье коричневого цвета с длинными ру­кавами, белыми нашитыми манжетами и таким же воротничком и белый красивый фартук.

На девоч­ке красные колготки и черные сапожки. Ее взгляд устремлен в раскрытую книгу с черной обложкой, которую она держит в своих руках.

Девочка не очень увлечена чтением, у нее уставшее лицо. Она присло­нилась к маме, сидящей слева. На женщине белое красивое платье с длинными рукавами. Оно отделано пышными оборками и подпоясано темным поясом.

Светлые волосы женщины убраны назад, челка спа­дает на лоб. На ногах – черные ботинки. В руке мать держит белый зонтик, который спасает от лучей яркого солнца ее и маленькую дочку.

От зонтика на них падает тень. Женщина с большим вниманием и интересом следит за тем, как дочка выполняет домашнее задание или просто читает книгу. Ее фи­гура наклонена в сторону девочки, глаза опущены вниз.

Выражение лица серьезное, сосредоточенное на происходящем. Она совсем не обращает внимания на рыбаков.

Сзади расположившихся на лавочке людей стоит молодая девушка – старшая сестра детей. Она за­ботливо и ласково положила свою правую руку на плечо брата, как бы подбадривая его и успокаивая. Девушка одета в синий жакет с белой отделкой по рукавам и вдоль пуговиц и длинную юбку.

Из-под воротника жакета виднеется красивая белая кофточ­ка. Вьющиеся каштановые волосы уложены назад. Взгляд девушки устремлен вниз. Рыбалка ей не ин­тересна.

Она внимательно смотрит на свою младшую сестренку и мать, расположившихся на скамейке, и с интересом следит за происходящим. От веток дерева на нее падает тень.

Все пространство вокруг залито яркими лучами солнца. Светлая ярко-зеленая трава покрывает весь берег водоема. Местами в этот ковер вливаются изумрудные краски темно-зеленых растений и белых мелких цветков.

На картине слева расположено старое дерево с большим коричневым стволом. Правая его часть освещена яркими лучами солнца, левую покрывает тень. Могучие ветки с листвой темно-зеленого цвета свисают над лавочкой и создают тень.

Основание дерева покрывает молодая поросль и густая трава.

В левой части картины расположено озеро, на котором рыбачат мальчики. В нем виднеются листья кувшинок, растет осока и другая прибрежная рас­тительность. Водная гладь неподвижна.

В ней, как в зеркале, отражается берег, ветки деревьев и яркий красный поплавок мальчика.

На заднем плане картины виднеются густо расту­щие большие деревья, создающие впечатление непро­ходимой чащи. Сквозь зелень виднеются маленькие уголки светло-голубого небосвода.

Все окружение говорит о том, что семья уедини­лась в тихом уголке природы, где спокойно, хорошо и никто их не потревожит. В этот знойный день да­же не чувствуется дуновение ветра. Не поют птицы.

Читайте также:  Дарбука (табла, думбек): история, видео, интересные факты

Скрылись комары и мухи. Все вокруг изнывает от жары.

В картине “В жаркий день”, как и во многих других живописных произведениях, В. Е. Маковский создал необыкновенно правдоподобные естественные образы людей, с точностью подмечая их настроение и чувства. Все детали на полотне выписаны с осо­бой тщательностью, что является характерной чертой всех полотен живописца. В картине чувствуется жиз­ненная наблюдательность, опыт.

Критики отмечают особую художественную ценность данной жанровой композиции, выполненной в пейзаже при ярком сол­нечном свете. В картине чувствуется пространство, воздух.

Непревзойденный “мастер картины-новеллы”, как часто называли В. Е. Маковского, за свою творческую жизнь создал более четырехсот картин, а также множество рисунков и иллюстраций к произведениям русских писателей и поэтов.

Многочисленные акварели, офорты и гравюры яв­ляются творческим наследием живописца. Для всех характерно высокое художественное мастерство, кон­кретность обстановки, четко и тщательно выписанные детали. В работах В. Е. Маковского отражена жизнь русского народа на протяжении почти шестидесяти лет.

Противоречивая и неоднозначная обстановка в России в этот период предстает перед нами во всем своем многообразии благодаря полотнам “ма­стера короткого жанрового рассказа” в живописи – В. Е. Маковскому.

Глоссарий:

  • – сочинение по картине в жаркий день 5 класс
  • – сочинение миниатюра в жаркий день
  • – сочинение миниатюра по картине маковского в жаркий день 5 класс
  • – сочинение миниатюра по картине в жаркий день
  • – сочинение по картине маковского в жаркий день 5 класс

Источник: https://lit.ukrtvory.ru/sochinenie-po-kartine-v-e-makovskogo-v-zharkij-den/

Еще одно — Слово о Брейгеле

breigelbydda_krishnaПитер Брейгель Старший (мужицкий)

 Одна из достопримечательностей Вены, несомненно, — площадь Марии Терезии. По обеим сторонам площади расположены архитектурные шедевры-близнецы — Художественно-исторический и Природно-исторический музеи, построенные в 1871-1181 годах известными архитекторами и теоретиками искусства Готфридом Земпером и Карлом Хазенауэром в стиле итальянского Ренессанса. Гордость Художественно-исторического музея — его картинная галерея с полотнами Дюрера, Рембрандта, Рафаэля, Тициана, Веласкеса, нидерландских мастеров. Здесь — самая большая в мире коллекция картин Брейгеля.

Я побывала в Вене накануне Рождества. Перед музеем деревья и трава — все аккуратно подстрижено — были в яркой зелени. А когда вышла из залов, все было покрыто первым нежным снегом. На душе было светло, торжественно, трепетно.

Поэзия и Правда (то есть искусство и реальность), по Гете, несопоставимы и существуют параллельно, как два самостоятельных мира.

По отношению друг к другу эти миры сюрреальны: если ты находишься в мире реальности и чувственно слит с ней, то поэзия с ее переживаниями воспринимается не больше чем игра воображения. Но все сразу же меняется местами, если ты живешь в мире поэзии.

Так полагал Рильке, что приводило в восторг почитательницу его таланта Марину Цветаеву. Тем не менее поэтическая натура, в каких бы заоблачных высях она ни парила, никогда в глубине души своей (если душа не больна) не теряет точки опоры в сермяжной правде обыденной реальности.

Об этом очень много и хорошо писал Жан Поль в своей «Пропедевтике эстетики», пытаясь обозначить ту невидимую грань, которая только одна и различает порой гения от безумца. Как у двух великих нидерландцев — Босха и Брейгеля.

Миры Босха и Брейгеля отличает завершенность: они стабильны в своей целостности. Именно это чувство целостности мироздания творений Босха и Брейгеля заставляет усомниться в реальности самой реальности.

Обыденность и сермяжная правда (с реальными болью, страданиями, лишениями, болезнями и удовольствием) в сопоставлении с сюрреальностью Босха и Брейгеля становятся непрочными, зыбкими, почва уходит из-под ног. Босх и Брейгель не поражают воображения, они вообще его как бы не касаются. Они также ничего не навязывают ни сердцу, ни уму.

Их полотна не надо осмысливать, объяснять, интерпретировать. Босх и Брейгель показывают миры, реальность которых находится здесь и сейчас, ну, может быть, вот там, за углом. Другое дело, что это миры со своими, так сказать, «объективными» законами и со своей математикой… Еще один человек предложил нам нечто подобное — Льюис Кэрролл.

Свое «Зазеркалье». У Босха и Брейгеля эстетические критерии бытия доминируют над всеми другими его измерениями. Истина, Добро и Бог оказываются производными Красоты.

Другими словами, Идеал для Босха и Брейгеля — Красота (конечно же, со своими ипостасями: Прекрасным, Великим, Трагическим, тенями и полутенями, безобразным, комическим, низменным, уродливым, болезненным). Пожалуй, от Босха и Брейгеля, через их творчество идет вечное: «Красота спасет мир», вернее, «красота творит мир».

Но вот что интересно. У Босха были предшественники — братья Ван Эйк Хуберт и Ян («Гентский алтарь» — обоих братьев, и Яна -«Супруги Арнольфини») и масса последователей, два из которых по крайней мере гении — Пикассо и Сальвадор Дали.

У Брейгеля не было ни предшественников, ни последователей, если иметь в виду те основополагающие параметры пространства и времени, которые только эстетически реальны, в пределах которых разворачивается и существует брейгелевский мир. Кстати, пространство и время произведений Брейгеля абсолютно статичны, как фотокадр под мгновенной вспышкой.

Поэтому они (эти параметры эстетического бытия) предельно напряжены с очень четкими, до пестроты и ряби в глазах, контурами.

Обычно о Брейгеле принято говорить, что он «творчески переработал уроки итальянской живописи», он «глубоко национальный художник», опирающийся на нидерландские национальные традиции и фольклор. В его произведениях сквозят юмор, гротеск; они и лиричны, и эпичны одновременно.

Последователь Фрейда Жак Лакан пытался толковать их в духе ортодоксального психоанализа — как сублимацию болезненных переживаний эпилептика (Брейгель страдал эпилепсией).

Видный философ-иезуит падре Эджидио Гуидибальди, соратник Лакана, утверждал, что «Брейгель издевается над каждым, кто попытается хоть на минуту задержаться у его картины», что в «каждой картине Брейгеля есть психологическая ловушка», «капкан».

Андрей Тарковский, восхищавшийся Брейгелем, одной из мизансцен «Зеркала» сделал брейгелевских «Охотников в снегу», развив деталь картины Брейгеля — доска, готовая вот-вот оборваться с крыши дома — до завершения (через целый ряд логической цепочки вероятностных событий). На переднем плане этой мизансцены у Тарковского находится мужчина.

Видно, как пульсирует мозг через костный дефект черепа. Брейгелевское напряжение у Тарковского становится в один психопатологический ряд тревоги и скрытого ужаса, так часто охватывающих героев Достоевского: в «Зеркале» Идиот органически вписывается в брейгелевскую атмосферу. Из частных бесед с Андреем Тарковским известно, что Брейгель и Достоевский стояли для него рядом.

Достоевский («Бесы») невольно вспоминается при созерцании «Битвы Масленицы и Поста». В брейгелевском мире уютно, даже когда он предстает таким, как на полотнах «Пасмурный день» и «Возвращение стада». Там и там неминуемая гроза, гром, молнии, дождь, возможно, что и бури грянут. Ну и что? Это жизнь! Так утверждает Брейгель. Это — реальная жизнь и поэтому она — прекрасна. Нужно адекватно, без суеты и истерии, по-деловому (как делают на указанных полотнах персонажи Брейгеля) к любым природным катаклизмам быть готовым.

По-разному толкуется «Вавилонское столпотворение». «В сей день разверзлись все источники великой бездны, и окна небесные отворились; и лился на землю дождь сорок дней и сорок ночей» (Бытие, 7:11-12). У Брейгеля не как в Библии: небо чистое, кучевые облака одиночные, дождя не было и не намечается. Мир кругом достаточно организован и понятен.

Башня строится, и нети намека на то, что строение это кому-то где«то не понравится. Правда, в картине ряд несуразиц, вернее, несоизмеримостей самой башни, домов вокруг нее, людей, кораблей с мачтами, лошадей с повозками, что на берегу залива, плота и башенного пролета. По Брейгелю, нет ничего, что помешало бы этой башне быть достроенной.

Также нет ничего, что указывало бы на агрессивный (точно так же на богоборческий) характер столпотворения. До вавилонского столпотворения были построены пирамиды, в которых была не угроза богам, а, наоборот, покорность им.

Само вавилонское столпотворение вполне психологически понятно: оно началось после всемирного потопа, во время которого на Ноевом ковчеге спаслись от каждой твари по паре. А вдруг потоп повторится? Если внимательнее приглядеться, 2/3 башни у Брейгеля окружены водой! А корабли по сравнению с ней кажутся такими ненадежными! Их хрупкость подчеркивает плот рядом.

Брейгелевская башня — отнюдь не способ выражения человеческой гордыни — разве есть это на картине? В башне, в ее опять все той же брейгелевской реальности, которая действительна в силу своей чувственной наполненности, узнаваемости, понятности, присутствует идея. И весьма, как показала история, живучая — создание чего-то грандиозного, самого, большого на Земле.

Не великого, а именно Большого. Как, например, в плане создания Дворца Советов на месте Храма Христа Спасителя в Москве с огромным бронзовым Лениным на крыше. Когда великое подменяется большим — это симптом выхолащивания идеи (идеала). У Брейгеля этого нет. Мы вполне можем понять тех, кто строит башню.

Можно много говорить о двух, на мой взгляд, похожих по замыслу картинах Брейгеля: «Детские игры» и «Крестный путь». На последней — Христос, несущий свой крест, -самая маленькая фигура. Крупным планом Мария.

Совершается вроде бы Событие, которое знаменует собой Новую эпоху — прощенных, спасенных Христом людей, а на окружающих процессию это не оказывает никакого влияния. Каждый занят собой по невинности (или — невиновности?), как резвящиеся в «Детских играх» персонажи (кстати, они почти все у Брейгеля взрослые!).

Еще эти два полотна как бы говорят об эпохе, когда живых еще было больше, чем мертвых. Мир у Брейгеля вообще густо населен, многолюден.

Две картины Брейгеля весьма загадочны. Это самые простые картины: «Крестьянский танец» и «Крестьянская свадьба». Весьма вероятно, что крестьянская тема, общая для этих картин, также, как и время их создания (1568-1569 гг.), скрывают один и тот же авторский мотив.

Настоящей головоломкой оборачивается желание разобраться, какая нога левая, а какая — правая у танцующего на переднем плане картины крестьянина! А если принять во внимание, что над асимметрией бился в свое время Леонардо да Винчи, творивший по соседству с Босхом, то Брейгель оказывается не так уж прост в своей простоте! Фундаментальный закон мироздания — асимметрию (необратимость времени, которое движется слева направо, и разворачивание пространства в одном направлении • справа налево) Леонардо нарушил, и получилась улыбка Джоконды (у Кэрролла это улыбка кота, оставшаяся после того, как кот исчез). Правая половина лица Джоконды нарисована в левом пространстве, а левая — в правом (по данным современного компьютерного анализа). У Брейгеля с ногами  танцующего крестьянина так же, как с улыбкой Джоконды. Тут своя математика. Кстати, где  нога крестьянки, что рядом с этим танцором, в каком из двух пространств — левом или правом?

«Ножная» тема интригует и во второй картине — «Крестьянская свадьба». Два крестьянина несут на двери, оборудованной под носилки, тарелки с кушаньями на стол пирующих на свадьбе. У крестьянина на заднем плане с ногами вроде бы все в порядке. А на переднем, у того, что к нам спиной, — три ноги! Один стоит, как и должен стоять.

А другой, какую бы ногу мы ни выбрали для него, оказывается в весьма неудобной позе. Если посчитать второй ногой крайнюю, виднеющуюся из-под двери, ту, что на цыпочках, то она оказывается правой, хотя находится слева… Скорее всего, все три ноги у этого крестьянина — правые и ни в каком из избранных положений он не мог бы удержать дверь с тарелками, наполненными едой.

В остальном же у брейгелевских крестьян все в полном порядке.

Брейгель, повторю еще раз, воображения не поражает. Ничего не навязывает. Не осуждает и не поучает. Его творения по отдельности и все вместе — законченный мир. Мироздание. Но в жизни такого никогда не было и быть не может. Точно так же, как и с Босхом.

Брейгель — чистое искусство. Поэзия, которая параллельна Правде. Всякие попытки найти точку соприкосновения мира Босха и Брейгеля с миром живых людей (когда бы они ни жили!), на мой взгляд, сродни поискам точки соприкосновения души человеческой и тела.

Испокон веков для философов остается загадкой, как непротяженная душа может управлять протяженным в пространстве и во времени телом? Со времен Босха и Брейгеля появилась еще одна загадка: как искусство, создаваемое ради самого себя, может ну если не управлять Правдой, то весьма серьезно ее интересовать?

 Марина  ЧЕРНОСВИТОВА

Источник: https://breigel.livejournal.com/10573.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector