Крамской иван «хохот» описание картины, анализ, сочинение

А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Крамской Иван Николаевич (Kramskoy Ivan Nikolaevich), русский художник жанровой, исторической и портретной живописи. Родился 27 мая 1837 года в Острогожске Воронежской губернии, в небогатой мещанской семье, первоначальное образование получил в уездном училище. Рисованием Крамской занимался с детства самоучкой, а потом, при помощи советов одного любителя рисования, стал работать акварелью. В шестнадцатилетнем возрасте поступил в ретушеры к одному харьковскому фотографу. Перебравшись в 1856 году в Петербург, Иван Крамской продолжал заниматься тем же у лучших столичных фотографов.

Крамской Иван

Христос в пустыне, 1872, Третьяковская галерея

Крамской Иван

Неизвестная, 1883, Третьяковская галерея

Крамской Иван

Созерцатель, 1876, Русский музей, Санкт-Петербург

На следующий год решился поступить в Академию художеств, где вскоре оказал быстрые успехи в рисовании и живописи. Будучи учеником профессора А.Т. Маркова, Крамской получил малую серебряную за картину «Умирающий Ленский» (1860), большую серебряную медаль за этюд с натуры (1861) и малую золотую медаль за написанную по программе картину «Моисей источает воду из камня».

Крамской Иван

Молитва Моисея после перехода израильтян через море, 1861, Музей Республики Беларусь

Крамской Иван

За чтением (Крамская Софья Николаевна, жена художника), 1866-1869, Третьяковская Галерея

Крамской Иван

Княгиня Васильчикова Екатерина Алексеевна, 1867, Пермская художественная галерея

Крамскому надлежало конкурировать на получение большой золотой медали, но в это время между молодыми художниками академистами зародились и созрели сомнения в правильности академического преподавания, и они подали в совет академии прошение о том, чтобы им было разрешено выбрать каждому свою тему для картины на соискание большой золотой медали.

Крамской Иван

Академия художеств отрицательно отнеслась к предложенному новшеству. Один из профессоров академии, архитектор Тон, даже так характеризовал попытку молодых художников: «в прежнее время вас отдали бы за это в солдаты». Вследствие чего 14 молодых художников, с Крамским во главе, отказались в 1863 году писать картины на заданную академией тему – «Пир в Валгалле» и вышли из академии.

Крамской Иван

Тулинов Михаил Борисович, художник и фотограф, 1868, ГТГ

Крамской Иван

Шевченко Тарас Григорьевич, писатель и художник, 1871, ГТГ

Русалки, 1871, Государственная Третьяковская галерея, Москва

В 1863 году, с целью поиска средств к существованию, художники во главе с Крамским образовали художественную артель, а в 1870 году некоторые из них, присоединившись к молодым московским художникам, с Мясоедовым во главе, основали товарищество передвижных выставок. Крамской решил стать портретистом.

В дальнейшей своей художественной деятельности, Крамской постоянно обнаруживал стремление к картинам – произведениям воображения и охотно отдавался ему, когда житейские обстоятельства то допускали.

Еще в бытность свою академистом, Крамской принес большую пользу своему профессору Маркову, употребив год времени на рисование картонов для плафона в храме Христа Спасителя в Москве, по эскизам Маркова.

Литке Федор Петрович, граф, адмирал, 1871, ИРЛИ РАН

Пасечник, 1872, Третьяковская Галерея

Девушка с распущенной косой, 1873, Третьяковская Галерея

К лучшим произведениям не портретной живописи Крамского относятся картины: «Майская ночь» (по Гоголю), «Дама в лунную ночь», «Неутешное горе», «Полесовщик», «Созерцатель», «Христос в пустыне» и некоторые другие.

Много труда положил Крамской на сочинение картины «Иисус Христос, осмеиваемый как царь Иудейский» – картины, которую он называл «Хохот», и много надеялся на нее.

Но Крамскому не удалось обеспечить себя так, чтобы вполне отдаться этой работе, которая так и осталась далеко неоконченной.

Шишкин Иван Иванович, 1873, ГТГ

Толстой Лев Николаевич, 1873, ГТГ

Полесовщик, 1874, ГТГ

Портретов Крамской написал множество; из них особенного упоминания заслуживают портреты С. П. Боткина, И. И. Шишкина, Григоровича, госпожи Вогау, семейства (женские портреты) Гинцбургов, мальчика еврея, А. С. Суворина, неизвестной, графа Л. Н. Толстого, графа Ф. П.

Литке, Д. А. Толстого, писателя Гончарова и многие другие. Они отличаются полным сходством и талантливой характеристикой лица, с которого портрет писался; упомянутая выше картина «Неутешное горе» есть собственно портрет, имеющий все качества и достоинства картины.

Император Александр III, 1886, Эрмитаж, Санкт-Петербург

Певица Анна Карловна фон Дервиз, 1884, Львовская картинная галерея

Третьяков Павел Михайлович, 1876, Третьяковская галерея

Но не все произведения Крамского равной силы, что художник и сам признавал без колебания; иногда он не интересовался лицом, с которого ему приходилось писать, и тогда становился только добросовестным протоколистом.

Крамской понимал и пейзаж и хотя не написал ни одной картины этого жанра, но в «Майской ночи», равно как и в другой картине «Лунная ночь», превосходно передал лунное освещение не только человеческих фигур, но и пейзажной обстановки.

Техника живописи у Крамского была – тонкая законченность, которую иногда считали некоторые излишней или чрезмерной.

Тем не менее Крамской писал быстро и уверенно: в несколько часов портрет получал сходство: в этом отношении замечателен портрет доктора Раухфуса, последняя предсмертная работа Крамского (Портрет написан в одно утро, но остался неоконченным, так как Крамской за этой работой умер.

) Много произведений Крамского находится в известной Третьяковской галерее в Москве (картины «Неутешное горе», «Христос в пустыне» и «Майская ночь»; портреты П. М. Третьякова, графа Л. Н. Толстого, Д. В. Григоровича, Н. А. Некрасова, П. И. Мельникова, В. В. Самойлова, М. Е. Салтыкова; рисунки: «У лукоморья дуб зеленый», портрет В. Васистова, Н. Ярошенко и другие произведения).

Самарин Юрий Федорович, общественный деятель, 1878, ГТГ

Салтыков-Щедрин Михаил Евграфович, писатель, 1879, ГТГ

Лунная ночь, 1880, Третьяковская галерея

Крамской занимался также гравированием на меди крепкой водкой; в числе исполненных им офортов, лучшие – портреты императора Александра III, в бытность его наследником цесаревичем, Петра Великого и Тараса Шевченко. Стал бы Крамской крупным историческим живописцем – трудно сказать.

Рассудочность у художника преобладала над воображением, как он сам признавался и в интимном разговоре, и в переписке, ставя И. Е. Репина выше себя по существу таланта.

Вообще Крамской был очень требователен к художникам, чем нажил себе немало порицателей, но вместе с тем строго относился к себе и стремился к самоусовершенствованию.

Валуев Петр Александрович, граф, государственный деятель и писатель, 1880-е, Эрмитаж

Суворин Алексей Сергеевич, журналист, 1881, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Женский портрет (Луиза Горациевна Гинцбург), 1881, Екатеринбургский музей

Замечания Крамского и его мнения об искусстве не имели характера лишь личного убеждения, но обыкновенно были доказательны, на сколько это вообще возможно в вопросах эстетики. Основное его требование – содержательность и национальность художественных произведений, их поэтичность; но не менее того Крамской требовал и хорошей собственно живописи.

В этом отношении Крамской должен быть отмечен, и в этом можно убедиться, читая переписку художника, изданную А. Сувориным по мысли и под редакцией В. В. Стасова («Иван Николаевич Крамской, его жизнь, переписка и художественно-критические статьи» (СПб., 1888). Нельзя сказать, чтобы Крамской судил верно по первым впечатлениям, но всегда более или менее мотивировал перемену мнения.

Иногда мнения его долго оставались колеблющимися, пока живописец не находил компромисса.

Крамской не имел большого образования, всегда жалел о том и восполнял этот недостаток постоянным серьезным чтением и сообществом интеллигентных людей, вследствие чего он сам был полезным для художников собеседником (Крамской известен также своей педагогической деятельностью, как преподаватель с 1862 года в рисовальной школе общества поощрения художников).

Портрет неизвестной, 1881, Курская картинная галерея

Императрица Мария Федоровна, 1881, Эрмитаж, Санкт-Петербург

Мина Моисеев, 1882, Русский музей

Без Ивана Николаевича Крамского невозможно представить демократическую художественную культуру второй половины ХIХ века.

Крамской играл определяющую роль на всех этапах развития передовой русской живописи 1860-1870-х годов. Он по праву был идейным лидером, совестью и мозгом передвижничества.

Крамской Иван Николаевич скончался 24 марта 1887 года в Санкт-Петербурге. По материалам статьи из «Словаря Брокгауза и Ефрона», 1894 – 1907.

Третьякова Вера Николаевнана прогулке, 1876, ГТГ

Неутешное горе, 1884, Третьяковская галерея

Соловьев Владимир Сергеевич, философ, 1885, Русский Музей

Источник: http://smallbay.ru/kramskoy.html

Духовные изыскания Крамского и их отражение на полотне «Христос в Пустыне»

Крамской Иван «Христос в пустыне» — самая признанная и популярная работа художника Ивана Николаевича Крамского. Он трудился над полотном более пяти лет, перерисовывая эскизы и добавляя новые детали. Крамской хотел перенести все внутренние переживания Христа максимально реалистично. Он стремился показать такой образ Иисуса, который был бы понятен каждому смотрящему.

Идею написать картину о Христе Крамской вынашивал долгое время. Он изучал работы других художников на библейские темы, специально для этого ездил в Европу, внимательно рассматривая холсты зарубежных мастеров, чтобы найти и создать образ близкого ему лично Христа.

Однако видение европейских художников оказалось чуждо Крамскому. Его то не устраивал взгляд Иисуса, то образы, в которых он был изображен.

Слишком много аристократизма, слишком мало всеобъемлющей любви в его глазах – таков был вердикт Ивана Николаевича своим иностранным коллегам.

При этом неизгладимый след для Крамского оставила картина «Явление Христа народу» Александра Иванова. Именно она послужила толчком и главной вдохновляющей силой для Крамского. Знакомые и приятели художника, в том числе его коллега по цеху Репин, признавался, что Крамской будто лично знаком со Христом и говорит о нем как о давно знакомом человеке.

Был первый вариант картины «Христос в пустыне», где фигура задумывалась вертикальной. Но в таком положении для пустыни практически не оставалось места. Та как она была необходима, учитывая контекст сюжета, Крамскому пришлось переделывать работу.

Описание картины «Христос в пустыне»

Картина основана на евангельском сюжете. Христос бродил по пустыне вдали от людей. Сорок дней он держал пост и в эти дни был искушаем дьяволом трижды. На полотне он печален и задумчив.

Хоть он и сын Божий, но Христу не чужды человеческие эмоции, чувства, сомнения и терзания. Он слишком ценен для человечества, и, в то же время, его жизнь не стоит ровным счетом ничего – каких-то 30 сребреников.

Исход своей жизни Христос предвидел уже тогда.

Взгляд Иисуса направлен вниз и полностью сосредоточен. Позади него фоном выступает безжизненная пустыня как символ отрешенности героя и его отшельничества. Он по праву своего рожденья был одиночкой, и в самые тяжелые моменты своей жизни был один. Это – судьба Иисуса, безысходная фатальность.

Его фигура сгорблена, а руки он держит в замке. В этом выражена вся борьба и внутренние противоречия героя. Он не обращает внимания ни на что вокруг, он обращен вглубь себя.

Именно человеческое начало Христа, которое выступает перед Божественным на первый план, хотел изобразить Крамской.

Иначе, что он за сын Бога и заступник, который не будет понят и принят простыми людьми? Он – не каратель, не владыка, не грозный наставник, он в этот момент тот, кто обращается к Отцу Господу как простой сын: «Отче, пусть чаша эта минует меня». Но чувство неотвратимости судьбы говорят об обратном – этот путь придется пройти до конца. До смертного, до победного.

Читайте также:  Нестеров михаил "философы" описание картины, анализ, сочинение

Эта картина показывает не только боль Христа, но и его огромную силу и красоту души. То, что в конечном итоге торжественно просияет над человечеством. Но до этого – боль и терзания.

Дальнейшая судьба художника и полотна

Крамскому предлагали представить картину к награде Академии искусств, но он отказался. Ведь целью её написания было не получение признательных призов, а совсем иное, духовное и нематериальное. Он хотел «достучаться» до обывателей, донести Евангелие и выразить всю свою любовь к Иисусу и его подвигу.

Картина «Христос в пустыне» практически сразу же после написания была куплена коллекционером Третьяковым за 6 тысяч рублей. На торг Иван Николаевич не согласился, как ни убеждал его Третьяков. Публика приняла работу неоднозначно, расколов общественность на несколько лагерей. Впрочем, сам автор картины говорил, что никто так до конца и не понял её подлинной сути.

Позже художник признавался, что писал работу «слезами и кровью» и выстрадал её, потратив огромные внутренние силы. Крамской задумывал картину «Христос в пустыне» как начало большого библейского цикла, основанного на Евангелии. Позднее он приступил к работе над сюжетом, где толпа издевается над Христом во дворе Понтия Пилата.

Картина называется «Хохот». Он посвятил ей несколько лет своей жизни, но так и не окончил её. Ведь чтобы прокормить семью, приходилось писать портреты, и времени катастрофически не хватало. Он похоронил двоих сыновей, затем в скором времени скончался и сам.

Сейчас «Хохот» находится в Русском музее Санкт-Петербурга в неоконченном виде.

Источник: https://TopKartin.ru/kartiny/hristos-v-pustyne

Крамской И.Н

Крамской Иван

Для увеличения — нажмите на изображение

Автопортрет. 1867

 Русский художник Иван Николаевич Крамской родился в 1837 году в городе Острогожске Воронежской губернии. Отец художника был писарем.

Художественные способности у мальчика открыл один из жителей города ретушер Тулинов, дружба с которым скрашивала его невзрачное детство в провинциальном городке.

Когда Ивану исполнилось пятнадцать лет, мать отдала его в учение к местному иконописцу, а через год юноша нанялся ретушером к харьковскому фотографу, вместе с которым много путешествовал по России. В 1856 году Крамской перебрался в Петербург, где работал у лучших столичных фотографов. 

В 1857 году Крамской поступает в Петербургскую Академию художеств. С первого года обучения Иван Николаевич отвергает консервативные устои и каноны, принятые на тот момент в Академии. У Крамского сложились взгляды на искусство, близкие к реалистическим воззрениям Белинского, Чернышевского, Добролюбова. В 1861 году работая над эскизом программы на Вторую золотую медаль «Поход Олега на Царь-град», художник изучает данную историческую эпоху, пытаясь развить свое творческое воображение. Этот метод работы, основанный на раскрытии выразительности самой жизненной ситуации, Крамской противопоставляет сложившемуся ранее академическому методу — поиску красивых, но условных форм. Вторую серебряную медаль живописец получает за картину «Смертельно раненный Ленский». В год окончания Академии, в 1863 году, группа выпускников, всего четырнадцать человек, во главе с Иваном Николаевичем Крамским отказалась писать картину на заданную тему — «Пир во Валгалле», взятую из скандинавской мифологии. Это событие показало рождение нового направления в искусстве, новой силы, способной противостоять косному, оторванному от жизни академическому искусству. Этот скандал получил широкую огласку. За Крамским был установлен полицейский надзор. «Четырнадцать бунтовщиков» были отчислены из Академии. оказавшись в безвыходном положении. Однако в этой ситуации проявился замечательный организаторский талант Крамского. Изгнанные из Академии художники образовали самостоятельную Артель, которую возглавил Крамской. «Бунтовщики» поселились на одной квартире; каждый член Артели занимался самостоятельной работой. Вечером художники собирались вместе и проводили время за чтением, рисованием, обменивались творческими планами и идеями. Артель художников была независимой от официальных кругов, ее целью была борьба за реалистические методы в искусстве. В это же период Иван Николаевич преподавал в школе Общества поощрения художников. Здесь среди его учеников был Репин. Крамской пользовался непререкаемым авторитетом среди молодежи. Он был хорошо осведомлен во многих вопросах, объективен в оценках, обладал великолепным даром рассказчика. В начале самостоятельной творческой деятельности Крамской по большей части писал портреты по заказам частных лиц, общественных деятелей. Также художник рисовал образа для церквей, расписывал храмы. В 1860-е годы Иван Николаевич разработал новую технику исполнения портретов — мокрым соусом с добавлением белил. В этот период Крамской пишет портреты Кошелева, Мясоедова, Шишкина, многих других товарищей по Артели, своей жены — С.Н. Крамской, автопортрет. Поначалу дела артели шли превосходно. Однако со временем у некоторых художников-членов артели начинают проявляться личные амбиции, желание установить связь с Академией художеств. Крамской не мог принять этого, хотя и понимал, что самостоятельное существование в те времена подобной организации было утопичным. Вскоре Крамской выходит из артели. Выход художника из Артели совпал с зарождением другой организации — Товарищества передвижных художественных выставок. Главной целью Товарищества было приблизить искусство к народу посредством передвижений выставок по городам России. Крамской заинтересовался этой идеей и стал председателем и идейным руководителем этой организации, участвовал на выставках Товарищества с 1871 по 1887 год. В 1872 году Крамской создает большое полотно «Христос в пустыне», первые наброски которого были сделаны еще в 1867 году. Картина была экспонирована на второй выставке Товарищества передвижников.  Признание Крамскому-портретисту пришло в 1870-80-е годы. В этот период П.М. Третьяков для своей галереи решил собрать портреты выдающихся представителей русского искусства. Большинство заказов известный меценат отдал Крамскому. Среди них были портреты Грибоедова, Шевченко, Кольцова, Толстого, Шишкина, Репина, Некрасова, Салтыкова-Щедрина.  В 1883 году Иван Николаевич пишет картину «Неизвестная». «Неизвестная» является одним из самых ярких портретов в русской живописи. Женский образ в этой картине производит впечатление необыкновенного изящества и благородства. Густые ресницы, бархатистая кожа, перелив атласных лент, шелковистого меха – все детали гармонично дополняют друг друга. В 1870-80-х годах кроме большого количества портретов Крамской пишет ряд картин других жанров. Среди них можно отметить картину «Русалки» (1871), созданную на сюжет Гоголя «Майская ночь»; жанровую картину «Деревенская кузница» (1873); пейзажи «Жуковка. Озеро» (1879), «Сиверская. Река Оредеж» (1883). Последнее большое произведение Крамского — «Неутешное горе», написанное в 1884 году. Эта картина посвящена трагедии человеческой жизни, воплотившаяся в образе безутешной женщины, потерявшей детей. В последние годы жизни здоровье Крамского становилось все хуже, угнетало тяжелое ощущение от жизни. В 1883 году художник писал Третьякову: «Через 20 лет напряженного состояния я сознаюсь, что обстоятельства выше моего характера и воли. Я сломлен жизнью и далеко не сделал того, что хотел и что был должен…» Русский художник Иван Николаевич Крамской умер 25 марта 1887 года.

*   *   *

Галерея (99 изображений)

  • *   *   *
  •  Историко-биографический фильм «Иван Крамской. Выбор пути» (Из коллекции «Тайники русского музея» видеостудии «Кварт»)
  • Год выпуска: 2006

Продолжительность: 00:26:03Формат: aviРазмер: 174 Мб

Режиссер: Г. Иванова

 Крамской вошел в историю русского искусства как прекрасный портретист, художественный критик, один из идейных вдохновителей и руководителей Товарищества передвижных выставок.

 «Не уступать ни шагу злу» — этот выбор он сделал на всю жизнь. Он служил добру и умер с кистью в руках.

Скачать для ознакомления: Иван Крамской. Выбор пути

Источник: http://gorenka.org/index.php/kramskoj-i-n

Презентация на тему: Крамской Иван Николаевич 1837 — 1887

Крамской Иван Описание слайда:

Крамской Иван Николаевич 1837 — 1887

Описание слайда:

Крамской Иван Николаевич — известный живописец (1837 — 1887). Родился в Острогожске, в небогатой мещанской семье. Рисованием занимался с детства самоучкой; потом, при помощи советов одного любителя рисования, стал работать акварелью.

Описание слайда:

Был ретушером сначала у харьковского, потом у лучших столичных фотографов. Поступив в Академию Художеств, оказал быстрые успехи в рисовании и живописи; учился у А.Т. Маркова.

После получения малой золотой медали за написанную по программе картину: «Моисей источает воду из камня» Крамской должен был конкурировать на получение большой золотой медали, но вместе с 14 другими товарищами отказался, в 1863 г.

, писать на заданную тему — «Пир в Валгалле» и вышел из академии. Вступив в товарищество передвижных выставок, Крамской сделался портретистом.

В дальнейшей художественной деятельности Крамской постоянно обнаруживал стремление к картинам — произведениям воображения и охотно отдавался ему, когда житейские обстоятельства то допускали. Еще в бытность академистом он помогал Маркову в рисовании картонов для плафона в храме Христа Спасителя (в Москве).

Описание слайда:

Впоследствии Крамскому пришлось писать по этим картонам, вместе с другими, самый плафон, оставшийся неоконченным.

К лучшим произведениям не-портретной живописи Крамского относятся: «Майская ночь» (по Гоголю , в Третьяковской галерее), «Дама в лунную ночь», «Неутешное горе» (в Третьяковской галерее), «Полесовщик», «Созерцатель», «Христос в пустыне» (в Третьяковской галерее) и др.

Много положил он труда на сочинение картины «Иисус Христос, осмеиваемый как царь иудейский», которую он называл «Хохот»; но ему не удалось обеспечить себя так, чтобы вполне отдаться это работе, которая и осталась далеко не оконченною.

Портретов Крамской нарисовал (так называемым «соусом») и написал множество; из них особенно выдаются портреты С. П. Боткина , И.И. Шишкина , Григоровича , госпожи Вогау, семейства (женские портреты) Гинцбургов , мальчика-еврея, А.С. Суворина , неизвестной, графа Л.Н. Толстого , графа Литке , графа Д.А.Толстого , Гончарова, доктора Раухфуса . Они отличаются сходством и характеристикой лица.

Описание слайда:

В музее Александра III имеются портреты дочери художника, Владимира Соловьева , Перова , Лавровской , А. В. Никитенко , Г.П. Данилевского , Деньера и др. В Третьяковской галерее много произведений Крамского.

Он занимался также гравированием на меди крепкою водкою; из его офортов лучшие — портреты императора Александра III (в бытность его наследником), Петра Великого и Т. Шевченко. Крамской был очень требователен к художникам, но, вместе с тем, строго относился к себе и стремился к самоусовершенствованию.

Основное его требование — содержательность и национальность художественных произведений, их поэтичность. Весьма интересна и показательна для его времени его переписка, изданная А. Сувориным (в 1888 г.) по мысли и под редакцией В.В. Стасова.

Значительный след Крамской оставил своей антиакадемической деятельностью; он постоянно агитировал в пользу принципа свободного художественного развития молодых людей. В последние годы жизни он как будто был склонен к примирению с академией, но это объясняется тем, что он надеялся дождаться возможности ее преобразования, согласно с его основными взглядами.

Описание слайда:

Автопортрет Аннотация: Государственная Третьяковская галерея, Москва

Описание слайда:

За чтением. Портрет Софьи Николаевны Крамской Аннотация: Москва. Государственная Третьяковская галерея Год создания: 1866

Описание слайда:

Неизвестная Аннотация: Москва. Государственная Третьяковская галерея. Год создания: 1883

Описание слайда:

Портрет художника Ильи Ефимовича Репина Аннотация: Москва, Государственная Третьяковская галерея …Приобретена Советом Галереи в 1906г. у В.И.Репиной

Описание слайда:

Читайте также:  Брюллов "вирсавия" описание картины, анализ, сочинение

Портрет Ивана Ивановича Шишкина(1832-1898) Аннотация: Государственный Русский музей Год создания: 1880

Описание слайда:

Портрет художника Федора Васильева(1850-1873) Аннотация: Приобретено Павлом Михайловичем Третьяковым в 1875 г. у автора (повторение портрета находится в Государственном Русском музее) Год создания: 1871

Описание слайда:

Христос в пустыне Аннотация: Москва, Государственная Третьяковская галерея… Приобретена П.М.Третьяковым у автора в 1872 году. Год создания: 1872

Описание слайда:

Портрет императрицы Марии Федоровны (1847-1928), жены Александра III. Аннотация: Государственный Русский музей. Дар императрицы в 1910 г. Портрет выполнен по фотографии. Год создания: 1882

Описание слайда:

Женщина с зонтиком.(В траве. Полдень) Аннотация: Нижний Новгород, Государственный художественный музей. Изображена племянница художника Людмила Федоровна Крамская (Год создания: 1883

Описание слайда:

Работу выполнила Хотите начать просмотр заново? Да Нет

Описание слайда:

Работу выполнила: Демидова Елена Ученица 10 Б класса МОУ Лицея №6

Источник: https://ppt4web.ru/mkhk/kramskojj-ivan-nikolaevich-.html

Слышу всюду этот хохот

Ирина Шувалова, кандидат искусствоведения

В русском искусстве второй половины XIX века немного картин столь трудной судьбы, как выдающееся, но неоконченное полотна Ивана Николаевича Крамского «Хохот» («Радуйся, царю Иудейский!»). Мысль о создании этого историко-философского произведения, мучая, преследовала художника долгие годы; несмотря на все усилия, полотно осталось незавершенным. После смерти Крамского эта самая заветная его картина, в которую он стремился вложить всю боль души и негодующую силу разума, была мало кому известна и явно недооценивалась. В течение многих лет, свернутая в рулон, она хранилась в Академии художеств, а затем, ненадолго выставленная в экспозиции Русского музея, была отправлена в запасники, где пробыла более полувека. Лишь весной 1986 г., когда шла подготовка юбилейной выставки Крамского, полотно размером около двадцати квадратных метров развернули.

И произошло своего рода открытие. Ведь даже специалисты, писавшие о художнике, знали «Хохот» лишь по плохой фотографии.

Мало того, что плохой, потускневший от времени снимок давал весьма искаженное представление о картине, вдобавок ко всему, как выяснилось, он не соответствовал ей, так как был сделан в процессе работы художника над ранним вариантом, позднее во многом измененном.

Этим обстоятельством, думается, и можно объяснить существовавшие в искусствоведении мнения о якобы кулисном построении пространства, театральности композиции, ее дробности, утрированности и схематичности персонажей и т.п. Только после того как картина предстала воочию, появилась возможность в полной мере оценить ее художественное и историческое значение.

Основная направленность идейно-эстетической программы Крамского заключалась прежде всего в постановке нравственно-философских проблем. Художника волновали кардинальные вопросы бытия: роль личности в обществе, долг и совесть, служение людям, самопожертвование.

В картине «Христос в пустыне» (1872), ставшей вехой в истории русского искусства, он отразил момент мучительного выбора жизненного пути.

Для Крамского созданный им образ олицетворял представление о современнике, проникнутом сознанием общественного долга.

Еще при работе над «Христом в пустыне» художник задумывает новое произведение, которое рассматривает как логическое продолжение темы общественно-нравственного подвига.

30 ноября 1872 г. Крамской делится своими планами с художником Ф.А.Васильевым: «Надо написать еще Христа, непременно надо, т.е. не собственно его, а ту толпу, которая хохочет во все горло, всеми силами своих громадных животных легких…

Этот хохот вот уже сколько лет меня преследует». Здесь уже выражена идея картины, содержание которой было навеяно общественной жизнью России 60-х годов XIX в.

, трагедией той части интеллигенции, которая во имя народа вступила на путь самоотречения и жертв под хохот, свист и крики светской «черни».

Сам Крамской подчеркивал: «Пока мы не всерьез болтаем о добре, о чест-ности, мы со всеми в ладу, но попробуйте серьезно проводить христианские идеи в жизнь – посмотрите, какой подымется хохот кругом».

Но вернемся к письму. Вот как он описывает Васильеву задуманную картину: «Вообразите: нашелся чудак – я, говорит, знаю где спасение… Раздайте свои сокровища и ступайте за мной. Его схватили: «Попался! Ага! Вот он! Поистине гениальная мысль: нарядим его шутом-царем, не правда ли хорошо?» Сказано – сделано.

Нарядили, оповестили о своей выдумке синедрион – весь бомонд высыпал во двор и, увидевши такой спектакль, все, сколько было народу, покатились со смеху. И пошла гулять по свету слава о бедных сумасшедших, захотевших указать дорогу в рай.

И так это понравилось, что вот до сих пор все еще покатываются со смеху и никак успокоиться не могут».

Немногим позднее, подробно рассказывая о будущей картине И.Е.Репину, Крамской уточняет ее детали: «Ночь перед рассветом, двор, т.е. внутренность двора, потухающие костры, римские солдаты, всячески надругавшись над Христом, думают как бы убить время, судьи что-то долго совещаются».

Однако в процессе напряженной работы художник вновь корректирует свой замысел. На полотне из собрания Русского музея – не таинственный ночной полумрак с отблесками костров, а ясное светлое утро. Быстрыми, типичными для Крамского косыми мазками написано голубое с розовыми отблесками небо.

Спокойно льющийся свет позволил придать всей сцене более простой, реальный, строгий вид, наделить форму большей конструктивной определенностью и сосредоточить внимание на лицах.

Художник отказался и от задуманного вначале пышного великолепия интерьера, от мозаик, мраморных колонн, белоснежных одежд судей – от всего, что могло отвлечь от психологически тщательной и предельно достоверной разработки характеров, в которых и заключалась для Крамского правда изображаемого события.

На небольшом возвышении из каменных плит изображен Христос в рубище с красными лентами. Он стоит с завязанными руками, с продетой сквозь веревку палкой. Высокие тумбы, врытые в булыжную мостовую, с прикрепленными к ним железными цепями, словно ограждают это страшное место. Сделав из досок подобие скамей, солдаты и чернь развлекаются зрелищем. Бьют в литавры, дудят, шумят, гогочут.

Смеется стражник слева от Христа, другой, издеваясь, обмахивает его веткой, третий, пританцовывая, ударяет в бубен. Помещенный в центре рыжебородый силач, изнемогая от неудержимого хохота, согнулся, опустив расслабленные руки. Полон злорадного удовольствия сидящий у грубо сколоченного стола толстяк с белой повязкой на голове.

Снисходительно улыбается, довольно потирая руки, фарисей в шляпе.

Но и в этой нравственной пустыне, окружающей Христа, мелькает луч света – справа мы видим сосредоточенное, строгое лицо воина, мысленно словно обращенного к Христу. Не свое ли раздумье передает художник в этом образе, не заботясь о внешнем сходстве?

Даже и там, где лица не видно, позой человека, наклоном головы, легким движением фигуры, ее общим абрисом Крамской достигает удивительной ясности в передаче внутреннего состояния персонажа. Таков преступник Варрава, скорбно поникший в углу двора со связанными за спиной руками.

Важнейшую роль Крамской отводит композиции. Рама полностью не замыкает изображения, точно нет возможности вместить на полотне всю эту массу людей. Фигуры на первом плане написаны с незаурядной пластической силой в сложнейших позах и ракурсах и как будто в непосредственной близости от нас.

Это словно снимает преграду между пространством реальным и живописным – в отличие от академических традиций, в соответствии с которыми действие обычно разворачивалось на сценической площадке, отчужденной от зрителя.

Тщательно работая над расстановкой фигур, их жестами, позами, Крамской добивается ощущения реальности происходящего.

Один из воинов, откинувшись на скамейке и упираясь спиной в цепь, кажется, прорывает плоскость картины. То же самое можно сказать о персонаже, который изображен справа, держа руку на поясе.

«Если бы существовали на холсте только эти совсем живые люди, – отмечал один из современников, – то и их было бы довольно, чтобы признать этот холст за драгоценное приобретение русской живописи. Но на холсте за этими живыми людьми…

еще живет целая толпа во всей разнохарактерности типов и выражений».

Сама сюжетная завязка – выбор протяженного во времени момента действия, а также повествовательность картины обусловили архитектонику холста.

Здесь преобладают четко различимые горизонтальные линии, нарушаемые лишь вертикалью широкой каменной лестницы, которая поднимается двумя ярусами. На первой площадке снова озлобленная толпа. А наверху под малиновым навесом – судьи во главе с Пилатом.

Осмеяние внизу, затем любопытство и проклятия и наконец суд – вот несколько ипостасей одного и того же события. Действие разворачивается как бы в трех актах.

В пору напряженной работы над «Хохотом» художник в своей статье «Об Иванове» особо выделил композиционный строй картины «Явление Христа народу»: «В сочинение или композицию он внес идею не произвола, а внутренней необходимости, т.е. соображение о красоте линий отходило на последний план, а на первом месте стояло выражение мысли». Таким же было отношение Крамского и к собственной композиции, не лишенной, впрочем, некоторых элементов рассудочности.

Картину Крамского нельзя понять без учета идейного и творческого воздействия на него Александра Иванова, который вообще оказал чрезвычайно большое влияние на русское искусство второй половины XIX столетия.

После Иванова обращение к христианской тематике в поисках реалистического воплощения нравственно-этических идеалов становится характерным для многих ведущих передвижников. «Тайная вечеря» и весь цикл поздних евангельских картин Н.Н.Ге, «Христос в Гефсиманском саду» В.Г.Перова, «Христос и грешница» В.Д.Поленова, «Искушение» Г.Г.

Мясоедова – эти и другие произведения в той или иной степени ведут линию преемственности от Иванова. В их ряду важное место занимает и «Хохот».

В течение двенадцати последних лет жизни Крамской, урывками работая над полотном, никому его не показывал. П.М.

Третьяков впоследствии недоумевал: «Вообще не могу понять, – писал он Репину, – как и почему мог скрывать Крамской эту работу так тщательно, когда содержание ее он не только не скрывал, но всем подробно рассказывал».

На что Репин ответил: «Не показывал он его потому, что еще не привел его в то состояние, когда считал бы достаточно удовлетворительным для зрителя… Задача была по его силам: она была уже разрешена, оставалось только выполнить, нужны были деньги, время и силы».

Но только ли в утрате физических сил, нехватке денег и времени было дело? Нет, имелись и другие причины, тормозившие работу, останавливавшие художника на полпути, вливавшие в его душу яд сомнения и горечи. Эти причины заключались прежде всего в осложнениях творческого плана, обусловленных самой концепцией замысла.

Тема духовной силы и мужества, звучавшая в картине «Христос в пустыне», перевоплотилась в «Хохоте» в покорное смирение с судьбой, в пассивное приятие мученичества. Если в произведении 1872 г.

Христос был представлен в момент огромного внутреннего напряжения, человеком измученным раздумьями, но полным решимости, то здесь он изображен уже отрешенным от мирской жизни, а следовательно, и более абстрактным, потеряв психологическую глубину, силу, напряженность.

Высокий духовный склад его личности в известной степени выражен лишь в скульптурном портрете, исполненном в картине, но не в ней самой.

В чем же дело? А в том, что Крамской, художник необыкновенно чуткий к запросам времени, начинал чувствовать, что картина перестает быть актуальной, и остро переживал гнетущую общественную обстановку 80-х годов, когда испарилась без следа «однородность умственной атмосферы между художником и обществом», которой он придавал решающее значение в творческом процессе. Толпа, подобная той, что олицетворяла пошлость, косность, бездуховность в картине «Хохот», теперь рукоплескала маскарадным «Русалкам» К.Е.Маковского, «Грешнице» и «Светочам Нерона» Г.И.Семирадского, пыталась задавать тон искусству. «Род живописи Бакаловича, Семирадского и прочих теперь самый желательный», – с горечью констатировал Крамской в 1886 г.

Читайте также:  Суриков "апостол павел объясняет догматы веры" описание картины, анализ, сочинение

В его полной пессимизма картине нет силы, которая бы противостояла злу. «Все идеалы падают, упали совсем, в сердце тьма кромешная, не во что верить, да и не нужно!» – отчаяние слышится в этих словах художника.

Трагическое ощущение жизни с годами усиливалось и влияло на идейную концепцию замысла. Образ Христа уже не вдохновлял Крамского.

Главным становился, по существу, не герой, а антигерой – равнодушная, бесчеловечная, жестокая толпа…

Крамскому было сорок девять лет, когда в 1887 г. из-за болезни сердца он скончался в своей петербургской квартире, до последних минут жизни работая над портретом доктора Раухфуса. Тем временем на его даче под Петербургом сиротливо стоял занавешенный от посторонних глаз огромный холст, который видели лишь самые близкие люди…

Конечно, нельзя утверждать, что «Хохот» принадлежит к числу бесспорных удач мастера, хотя бы потому, что картина осталась наполовину незаконченной. И тем не менее она, даже незавершенная, поражает сегодня силой авторской мысли, воплощенной в ярких образах. Не случайно Репин, размышляя о «Хохоте», сказал о его творце: «Внутри, в самой глубине души горел у него светоч гения».

Источник: https://art.1sept.ru/article.php?ID=200400303

Крамской Иван Николаевич

1 2 3 4 5 6 7 8 9

Отдавая большую часть сил портрету, Крамской тем не менее связывал понятие «творчества» с созданием картин, несущих в себе общезначимый, общечеловеческий смысл.

Две центральные для искусства XIX века идеи – «идея личности» и «идея мессианства» – красной нитью проходят через все искусство Крамского. Еще в юности огромное влияние на него оказали личность и творчество Александра Иванова, его подвижнический путь в искусстве.

Потрясенный картиной Явление Христа народу, Крамской определил для себя высшую задачу искусства: «Настоящему художнику предстоит громадный труд… поставить перед лицом людей зеркало, от которого бы сердце их забило тревогу» (Переписка Крамского, т. 2, с. 272).

В своем центральном произведении Христос в пустыне, продолжая гуманистическую традицию Александра Иванова, художник трактовал религиозный сюжет в морально-философском плане.

Картина Христос в пустыне стала центром II передвижной выставки 1873 года, вызвав множество откликов в печати, неумолкающие споры, недоуменные вопросы. Поражал прежде всего сам образ Христа, столь далекий от церковной традиции и традиции классического европейского искусства. Авторская интерпретация личности Христа в картине оказалась остро современной.

Современники называли Христа Крамского «русским Гамлетом». Толкование замысла картины самим Крамским, содержащееся в письмах к Всеволоду Гаршину, также развивает тему нравственного выбора, неизбежного в жизни человека, когда приходится решать – «пойти ли направо или налево, взять за Господа Бога рубль или не уступить ни шагу злу» (Там же, т.

1, с. 446). Но вряд ли эти слова можно считать главным ключом к содержанию картины. Изможденный сорокадневным постом, мукой мысли, Христос Крамского сосредоточен и самоуглублен, в его душе нет места сомнениям и колебаниям.

Образ Христа выражает состояние не сомнения и выбора, а концентрации, готовности принять на себя искупительную жертву за страдания и грехи человечества, сознание тяжести этого бремени и решимость следовать начертанному пути.

Печать аскезы, истончающей плоть, иссушающей краски жизни, равно лежит и на портретных образах Крамского 1870-х годов, и на его Христе. Существо образа Христа у Крамского особенно высвечивается рядом с Христом Поленова из картины Христос и грешница (Кто без греха?) (1888).

Христос Поленова – просветленный покой, гармония духа, любовь и всепрощение, это Христос милостивый. Христос Крамского – мужественный, суровый, требовательный, аскетичный. Это Бог героического времени 1870-х годов, эпохи «хождения в народ», времени чрезвычайного напряжения и обострения нравственного чувства в обществе.

Крамской неоднократно говорил, что язык иероглифа ему ближе всего. В картине Христос в пустыне он дал формулу напряжения всех духовных сил человека в момент постижения им своей судьбы. Композиция картины, выстроенная с безупречной логикой, подобна математической формуле.

Монументальная фигура Христа вырисовывается на фоне предрассветного неба. Линия горизонта делит холст на две равные части – мир дольний, земную твердь, каменистую «пустыню», погруженную в тень, мертвую и холодную, и мир горний, освещенный лучами предрассветного солнца, мир света и надежды, символ будущего преображения.

Ровно на границе этих двух миров в геометрическом центре картины находятся сомкнутые в замок кисти рук Христа. Сомкнутые руки образует круг. По нему словно движутся, не находя исхода, тяжелые мысли, мысли-глыбы, будто камни, изображенные за его спиной.

Замок рук и лицо Христа, находящиеся на одной оси круга, – зрительные и смысловые центры картины. Этот круг – зона наибольшего «напряжения», эпицентр свершившейся драмы мысли и чувства, свершившейся победы человеческого духа, воли, разума над хаосом, злом, пороком.

Христос Крамского – символ вселенского значения этой победы и напоминание об ее огромной цене. В углах рамы картины, заказанной, по-видимому, по рисунку самого художника, – настоящие сплетенные веревки – атрибут будущих мук Христа.

В образной ткани произведения пейзаж равнозначен фигуре Христа. Пейзаж, вдохновленный впечатлениями от природы Чу-фут-Кале в Крыму, космичен и символичен одновременно. Это некое надмирное пространство, где сам воздух столь чист и разрежен, что непригоден для легких обычного человека. Горнее место, обитель горнего духа.

В своей главной картине Крамской выступил восприемником духовного импульса, сообщенного русскому искусству Александром Ивановым, и предвосхитил будущие пути русского искусства.

Мера обобщения реальности, смысловой и символической насыщенности полотна позволяет назвать его протосимволистским.

Прямые пути ведут от этой работы Крамского к искусству Врубеля, Демон сидящий которого – вывернутая наизнанку формула Христа в пустыне Крамского.

Продолжением темы Христа явилось монументальное полотно Хохот (1877-1882). Как свидетельствуют письма Крамского к Федору Васильеву, оно задумывалось еще в 1872 году, после окончания Христа в пустыне: «Надо написать еще Христа, непременно надо, т. е. не собственно его, а ту толпу, которая хохочет во все горло, всеми силами своих громадных животных легких» (Переписка Крамского, т. 2, с. 112).

Над картиной Крамской работал до конца жизни, но так и не смог ее закончить, что переживалось художником как самая мучительная творческая неудача его жизни. Тема совести, готовности к самопожертвованию сменяется в этом произведении темой кощунственно осмеиваемого страдания за идею, глумления над истиной.

«Пока мы не всерьез болтаем о добре, честности, мы в ладу со всеми; попробуйте всерьез проводить ваши идеи в жизнь, посмотрите, какой хохот поднимется кругом. Я всюду слышу этот хохот… До сих пор продолжают смеяться над Ним, строя в то же время алтари», – писал Крамской (Там же, т. 1, с. 227). В этой картине он выразил и пессимистический опыт поколения шестидесятников, и крушение их надежд.

«Хохот – ответ на дела, на убеждения, составляющие задачу и цель всей жизни. Хохот – наказание за дерзость почитать себя умнее тех, кого он мнил видеть блуждающими в неведении… Хохот – на все, …что высоко и прекрасно, не похоже на пошлость, самодовольство и косность… Христос, выставленный на осмеяние. Что ему распятие? Что смерть? Но этот Хохот! Он не в состоянии был от него отделаться» (П.

К-ский (П. М. Ковалевский). Посмертная выставка произведений Крамского. – Новое время, 1887, №4224).

Замысел Хохота оказался сильнее и интереснее его исполнения. Пространство картины напоминает подмостки оперной сцены. Фигура Христа теряется среди толпы воинов. Справиться с задачей создания многофигурного монументального полотна Крамской не смог.

Тем не менее эта картина не прошла бесследно для русского искусства. Ее правая часть с хохочущими воинами и вываливающейся на зрителя фигурой первого плана послужила Репину канвой для композиции картины Запорожцы пишут письмо турецкому султану. «Питательной» неудавшаяся картина Крамского оказалась и для творчества Ге.

Его картину «Что есть истина?» можно рассматривать как реализацию концентрированной идеи Хохота Крамского, идеи глумления над истиной. Ге словно «очистил» замысел Крамского от лишних фигур, оставив только Христа и Пилата.

Христос Ге – развитие образа смиренного в страдании, тщедушного телом, но неуязвимого духом Христа из Хохота Крамского.

Иродиада (1884-1886) завершает библейскую трилогию Крамского. Как и Хохот, картина осталась неоконченной. Тем не менее ее живописные качества были высоко оценены Репиным, посоветовавшим Третьякову приобрести Иродиаду с посмертной выставки Крамского.

Художник обратился к одному из самых драматичных сюжетов в библейской истории. Но при этом выбрал не кульминацию, а финал кровавой библейской драмы. В картине Крамского нет крови и ужаса, которых он всегда последовательно сторонился в своем творчестве.

Крамского интересовали философские аспекты ветхозаветной истории. Иродиада развивала тему Хохота – физической победы косного, бездуховного начала над духом и одновременно нравственного поражения животного начала.

Композиция картины строится на противопоставлении тяжелой, массивной, плотной фигуры сидящей Иродиады – воплощения неодухотворенной материи, грубой плоти, и головы Иоанна Крестителя на блюде, поражающей своей красотой и одухотворенностью. Мертвое «живее» живого.

Эта картина – очередной философский «трактат» художника на тему «что есть жизнь?». Жизнь – это жизнь духа для Крамского. Эта жизнь вечна, ибо не подвержена тлению.

Массивная, «сырая», будто глиняная фигура Иродиады выглядит уродливой рядом с прекрасной головой Иоанна Крестителя. Красота для Крамского – это категория прежде всего духовная, нравственная.

Вещное начало, выступающее на передний план, активно себя демонстрирующее, в сознании эпохи трактовалось как оппозиция духовному началу.

Не случайно в искусстве второй половины XIX века так были распространены сцены болезни, умирания, увядания: Больной музыкант (1859) и Последняя весна (1861) Михаила Клодта, У постели больного (1869) Федора Бронникова, Больная (1866) Василия Поленова, В теплых краях (1890) Николая Ярошенко, Больной художник (1892) Алексея Корина, У больного учителя (1897) Николая Богданова-Бельского.

Этот ряд можно было бы продолжать достаточно долго. Крамской также отдал дань этой теме: Девушка с распущенной косой (1873), Некрасов в период «Последних песен» (1877-1878), Девушка с кошкой (1882), Выздоравливающая (1885). Но в отличие от художников-современников Крамского не интересовали социальный, равно как и бытовой, сюжетный аспекты темы.

Для него болезнь – это состояние физического покоя, вынужденного и одновременно благотворного выпадения из круговерти ежедневной суеты, время работы души, ее совершенствования; время умудрения сердца под влиянием физических страданий, обращенности внутрь себя, выявления внутренней сути человека, его духовной красоты.

Источник: http://art.liim.ru/hr/hr09_06.html

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector